За его спиной я разглядел своих красавиц, за которыми выстроилась команда парня, чуть ли не в полном составе. И вся эта толпа попыталась влезть в мою небольшую по размерам больничную палату. Нет, они смогли поместиться, и даже не ощущали себя селёдкой в банке или народом в час пик в трамвае, но было тесно.
Ещё мне зачем-то притащили цветов, фруктов и прочей ерунды, положенной в подобной ситуации. Я смотрел на это и тихонько ржал. Про себя, само собой, зачем обижать хороших людей, которые важны тебе и которым ты не безразличен?
— Андрей, — с серьёзным, даже торжественным выражением лица начал Правнук. — Мы все тебе безмерно благодарны за то, что ты для нас сделал. Без преувеличения скажу, что ты всех нас спас. Скорее всего, ценой своей жизни. Врачи говорят, что шансов на исцеление у тебя доли процента. Мне жаль.
О как! Вот так в лоб сказать, что я почти гарантированно труп? Это много мужества надо. Обычно люди в подобных ситуациях до последнего говорят, что «всё будет хорошо». Респект. Но подыхать категорически не хотелось.
— И от чего я помру? — поинтересовался я. — Я чувствую себя довольно неплохо.
— Я точно не знаю, — понурился парень. А в глазах у девчат появилась влага. — Типа то самое неизвестное излучение что-то нарушило в твоём геноме, и ты медленно изменяешься, что приведёт к смерти. Но двое-трое суток ты ещё протянешь. Мне правда жаль. Если тебе станет легче, мы приняли решение увековечить тебя не только на месте твоего появления. Сейчас изготавливают памятник тебе, и установят его на центральной площади первого поселения. И мы все тебя очень любим.
Млять! Мог бы и соврать, эта честность этого мира местами может быть довольно дискомфортной. Организм разрушает сам себя, при этом я ничего пагубного не ощущаю. Но, знали бы вы, как мне не охота начинать новую жизнь! Я только начал получать удовольствие от этой, мать же вашу да об Машу. Обидно.
— А что говорит ИИ? — уточнил я аккуратно так. — Она согласна с диагнозом?
— Это и есть её диагноз, — с грустью в голосе ответил парень. Остальные так и молчали, только девушки хлюпали носами. — И врачи с ней согласны. А в ближайшее время тебя ожидают неконтролируемые обмороки, один из которых и закончится смертью.
Словно в подтверждение его слов, перед глазами всё внезапно завертелось, и я провалился в сон. Надеюсь, не в последний.
Очнувшись, я понял, что нахожусь явно не в больнице, где приходил в себя последний раз. Вокруг была круглая комната с памятником мне, любимому, по центру. Они что, решили меня здесь похоронить? Превратить памятник в надгробие? Хрена вам, я ещё посопротивляюсь!