— Либи, покажешь карту? — попросил я пушистую.

В голове раздался знакомый смешок, и перед глазами возникла схема окружающего пространства. Радиус был не очень большим, как обычно, но в пределах видимости ничего живого не было.

— Эх, подружаня, — раздался ленивый голос кота. — Разве это карта? Смотри как надо!

Схема вдруг рывком расширилась, при этом даже немного увеличив масштаб. Но ничего живого на новой тоже не проявилось. И куда идти? Я прислушался к себе, по очереди представляя, что иду в разных направлениях. И, когда я вообразил, что иду в сторону солнышка, интуиция подсказала, что именно туда мне и надо.

Шёл я минут сорок, не происходило ровным счётом ничего. Всё те же высоченные деревья вокруг. Даже ветра не было. Ни трели птиц, ни стрекотания условных сверчков, казалось, весь мир замер в ожидании чего-то. Да и тропинок здесь уже не было вообще.

Вскоре вдали показался просвет, похоже, лес там кончался. Через пять минут я оказался на краю огромной поляны. И, как только я сделал пару шагов по открытому пространству, в голове зашумело и я потерял сознание.

Не, так не пойдёт. Я ещё раз посмотрел тридцатисекундный отрывок из собственного будущего. Как ни крутил, но я терял сознание сразу, как оказывался под открытым небом, причём абсолютно без причины.

Я даже попробовал использовать все известные мне виды щитов, включая легендарный гномий. Результат был тот же, я засыпал через пару секунд под открытым небом.

— Кот, Либи, Нинг! — обратился я к своим жильцам. — Вы не в курсе, почему такое происходит?

Котяра тут же проявился передо мной и с важным видом начал ходить по кромке границы, переступив которую я отрубался.

— Да всё просто. Про озон что-нибудь слышал? Это такое вещество, которое…

— Да-да, защищает нас от космического излучения светила, — перебил я его.

— Правильно! — с важным видом уселся кот. Мне показалось, что сейчас он поднимет лапу и вытянет указательный палец, но нет, он обошёлся только довольной мордой. — Так вот здесь и сейчас над нами его почти нет. Судя по твоим знаниям, у вас это называлось озоновой дырой. Листва этого леса экранирует странные излучения, которые лично я не могу определить. Но, как только ты выходишь на открытое пространство, оно воздействует на тебя с достаточной силой, чтобы ты вырубился.

Он опять встал и сделал шаг из-под крон. После чего довольно быстро вернулся, поджав уши.

— Эта дрянь даже на меня, сука, действует! — ругнулся он. — Минуты через две просто срубит. Тебя секунды за две. Короч, малой, не ходи туда! Не*уй там делать!

— Кот! — погрозил я ему пальцем. — Мы договаривались, что ты не материшься.