Эмоции находились в полнейшем раздрае. Чем дольше я говорил, тем хуже становилось на душе. И лишь после того как я выговорился и встретился глазами с Линнеей и альвой до меня дошла истина. Я осознал откуда произрастало то самое нечто . Фьётра. Я волновался. Я страшно переживал за Дурёху. Ярвир свидетель я надеюсь, что она уже в столице. Я очень надеюсь, что она ждёт меня в Сирене. Я очень сильно надеюсь, что она уже познакомилась со всеми и сейчас проводит беззаботное время в их компании.

— Ты сдохнешь, аххеский вахлак! — угрожающе прошипела Ульрика, останавливаясь в шаге от меня. — Великую Сотню ты не переживешь! Тебя не спасёт ни сука Кайса, ни твой калека наставник, ни созвездие дома Аванон, ни даже законы Аронтира. Знай это!

— Кровь за кровь, щенок! — свирепо рыкнул Глахаут.

— Ну так вперед! — холодно отчеканил я, провокационно поманив обоих к себе рукой. — Свершите задуманное, если кишка не тонка…

Сражение могло разразиться в любую секунду. Только сейчас я осознал, что в радиусе нескольких десятков метров образовалась пустота, а все окружающие зеваки отхлынули в разные стороны, как волны во время отлива. За моей спиной находились только парни, а позади Ульрики и Глахаута стояла бледная Мотылёк, огорошенная Мегера и изнывающей от злобы и ярости Снежинка.

Медленно и верно ауры феи и Хельхейма начали возрастать. До ожесточенной схватки оставались жалкие секунды.

«Ранкар, держи себя в руках…»

Всё в порядке, малышка.

— В сторону, парни! — обратился я к Илаю и Эйсону.

Вот только спонтанной битве не суждено было состояться

— ВСЕМ СТОЯТЬ!!! — раздался знакомый громкий яростный крик над гаванью. — КТО ВЗДУМАЕТ НАРУШИТЬ ЗАКОНЫ АРОНТИРА, ТОТ ПОЖАЛЕЕТ! КТО ПОСМЕЕТ ОБНАЖИТЬ ОРУЖИЕ ИЛИ ПРИМЕНИТЬ АТАКУЮЩУЮ МАГИЮ, ТОТ СРАЗУ ЖЕ ОТПРАВИТСЯ В КАЗЕМАТЫ ИНКИВЗИТАРИЯ!

Явились-таки не запылились.

На всех парах в нашу сторону мчался знакомый инквизитор — Оримас Тареск. Стоило же ему завидеть мою бледную физиономию, как шаг его замедлился, а лицо в мгновение ока помрачнело.

— Давно не виделись, судья! — криво хмыкнул я, усмиряя свою ауру и с вызовом глядя на северян. — Не переживай, Тареск, резни не будет. Я добился всего, чего хотел. Точнее почти всего…

— Не пересекай черту, Ранкар Хаззак! — со скрытой угрозой в голосе произнес Оримас. — И не забывай, где находишься!

Слова инквизитора задели за живое, и я обратил взбешенный взор на него.

— Ты то же самое говорил гранд-инквизитору, когда она переворачивала мою резиденцию вверх дном? Ты придерживался своих сраных законов, когда она искала тех, кто со мной связан? Я не припомню, чтобы ты пытался её остановить, когда Ивора хотела меня прикончить! Неприятно слышать правду, не так ли, судья?