— Эммм… Ты о чём? — всё-таки задал вопрос Гаврила. — Какой ещё путь?

— От горизонта, к горизонту, — глянул на него хитиновый падаван. — Пока не доберёшься до самого последнего.

Мужчина помолчал. Поморщился, о чём-то раздумывая и смотря на светящиеся волосы кобольда.

— А потом что? — вдруг задал он ещё один вопрос. — Когда дойдёшь до последнего.

— Тогда тысячи воинов станцуют Великий танец, мой друг, — волосы Йорика заполыхали ещё ярче, развеваясь в воздухе. — И мир вспомнит, каким он когда-то был.

Знаете, порой терзают меня смутные сомнения на его счёт. Вот обучу я его, приподниму. Ну, если нас обоих не прикончат в процессе. А вдруг он потом реально армию бронированных воинов соберёт? И как отполируют они мир наждачкой по живому мясу, чтобы всем жилось хорошо, но недолго. Такой себе результат получится. Плачевный.

С другой стороны — пока Йорик не производил впечатления кобольда, способного залить кровью полмира. А там, как знать.

— Пришли, — остановился около около решётчатых ворот Гаврила. — Наша база.

Двое мужчин, которые болтали во дворе, потянулись было к оружию. Но узнав своего лидера, расслабились.

— Ну чё там? Нашёл кого? — свесился с террасы второго этажа свенг. — О, дарг. Он чё, в таком шарит?

Дом у них отличался от нашего. Классического формата — с фасадом и наверное ещё задним двором. Неплохой такой. Ещё и мясом со стороны откуда-то тянуло. Котлеты они тут что-ли жарят?

— Скоро будут, — поднял голову Гаврила. — А Тони глянуть просто хочет. Говорит, похожее под Мглой видел.

Свенг почесал лысую голову и скрылся из виду. Вот кстати — они специально все черепушки себе бреют или просто волосы не растут? Занимательный вопрос.

Правда, когда мы поднялись на второй этаж, желание им интересоваться, сразу пропало. Помните, бывают такие сцены в фильмах, где какой-то спятивший чувак все стены кровью исписывает?

Вот тут похоже. Только не кровью — лезвием ножа похоже чертил. И половина на полу. Но смотрится это всё равно прям нехорошо.

— Вчера ему вроде получше стало, — медленно заговорил Гаврила. — А утром уже бредил и за нож взялся. Хрен его знает, что это вообще такое?

Я так-то тоже не знал. Но схожесть символов улавливал однозначно. Реально — такие же, как тех каменных столбах.

— Что с ним случилось вообще? — отвлёкшись от знаков, я посмотрел на мужчину, который что-то бормотал, свернувшись клубком на постели. — Ты сказал, что ранили.

— Мы уже назад выбирались, когда там тварь какая-то выскочила. То ли заяц мутировавший, то ли кошка, — вздохнул лидер их группы. — Так перекорёжило, что не понять. Лёха по ней сразу вжарил. И попал вроде. Но тварь зацепить его успела.