Ну, положим Латов шёл пешком. Приличное такое расстояние. Будь в Резово кто-то настолько сильный, чтобы порвать нас с Кью, от поручика мокрого места бы не осталось. А он и живым оттуда ушёл, и потом под Мглой еще до самого Константинополя пёхал.
— Мы быстро, — попробовал я успокоить коротышку, которого идея заехать к цвергам отчаянно не нравилась. — Осмотримся и назад.
Ну а что? Может хотя бы пойму, что к чему. Интересно же. Да и Царьград теперь мой дом, получается. Вроде бы как. К тому же, была у меня ещё одна теория — у Латова могла просто крыша поехать. Хрен его знает, сколько он под Мглой пробыл и насколько у него мозги поплавились.
Препятствий по дороге почти не встретилось. Ну, затоптала Кью кого-то. Гоша пару раз из револьвера пальнул. И я разок диск в дело пустил. Мелочи.
А вот и знак с названием анклава. Вот уже и холмы пошли. Пожалуй, сверну я с дороги. На всякий случай.
Так, а это что там в тумане такое? Серьёзно? Один из тех самых столбов, которые поручик фотографировал?
— Не нравится мне это всё, — заявил Гоша. — Смердит тут чем-то. Как в жопе кита.
Вопрос о том, откуда он знает, как воняет специфическая часть тела кита, я задавать не стал. Вместо этого чуть надавил пятками на бока Кью, заставив её двинуться вперёд.
Косуля вдруг замерла. Тихо засвистела, крутя головой. Чего это она? В режим концентрации-медитации я уже вошёл. И рядом никаких источников вибраций, кроме всякой мелочи не было. Людей я тоже не чувствовал.
— Валим, Тони, — зашептал Гоша. — Пятками чую, чё-то тут не так.
Под Мглой вообще всё не так. На то она и Мгла. Вот только Кью по-прежнему косила глазами по сторонам и тихо свистела. А потом сзади ударил револьверный выстрел.
— Сдохни, шмагл! — заорал гоблин, выпуская ещё одну пулю. — Закрематорься, паскуда!
Он ещё и третий раз пальнул. Правда я не совсем понял, в кого — повернув голову, обнаружил лишь туман, да очертания склона холма.
— Я осьминог, я осьминог, — послышался в стороне тонкий голос. — Три новых дырки и я промок.
Вот же япь! Почему я его не чувствую-то? И что это нахрен вообще такое? Или кто?
— Я осьминог, я осьминог, — снова пропел неизвестный. — Меня убить никто не смог.
— Слышь стихоплёт? — заорал ушастик, вглядывающийся в туман. — Я тоже так могу! Сегодня твой последний переплёт!
Диск я уже держал в левой руке. Метнув сразу же, как увидел движение. И попал — когда тот вернулся в мою руку, то был мокрым. В какой-то тёмной слизи. Правда противник даже не пискнул. Просто исчез из поля зрения.
— Я осьминог, я осьминог, — пропел он, уже с иной позиции. — Был я бедняк, да враг помог.