Алиса никогда не была обычной девчонкой из спального района. В ней всегда бурлила опасная, дикая энергия. Она знала изнанку этого огромного, дымящегося мегаполиса так же хорошо, как свои пять пальцев. С детства предоставленная самой себе, она научилась выживать, лазая по заброшенным индустриальным объектам, крышам и пожарным лестницам. Высота была её стихией.
Внешность Алисы отражала её характер: сильная, спортивная, закалённая уличной жизнью. У неё были короткие, вечно растрёпанные ветром светлые волосы, которые она редко укладывала, и пронзительный, дерзкий взгляд светлых глаз, способный осадить любого. На её лице, усыпанном веснушками, читались упрямство и гордость. Она не носила платьев — её привычным «снаряжением» были порванная чёрная майка, короткие джинсовые шорты, видавшая виды оливковая куртка, небрежно наброшенная на плечи, и тяжёлые армейские ботинки. На бедре она часто носила кобуру с инструментами или старым ножом, а руки защищала беспалыми перчатками. Алиса была красива той особой, опасной красотой, которая привлекает неприятности.
И самой большой неприятностью в её жизни стал Кирилл.
Кирилл был её парнем — обаятельным, азартным и абсолютно безответственным. Он вечно искал лёгких денег и верил, что вот-вот «сорвёт куш». Алиса любила его, несмотря на все его косяки, и часто вытаскивала из передряг. Но в этот раз Кирилл зашёл слишком далеко. Он связался с людьми из крупного криминального синдиката, взяв у них огромную сумму денег под процент для какой-то «верной» сделки. Сделка прогорела. Кирилл начал скрываться, а бандиты, потеряв терпение, переключили внимание на ту, кто всегда была рядом с ним. На Алису.
Алиса чувствовала, что за ней следят. Сидя на краю бетонных крыш и глядя на заходящее над городом солнце, она не раз замечала подозрительные машины внизу. Но она верила, что Кирилл решит этот вопрос. Она ошибалась.
Всё произошло мгновенно. Алиса возвращалась домой через дворы, когда из тонированного фургона выскочили трое. Она успела ударить одного в челюсть и почти вырвалась, но сильный удар по голове оборвал сознание.
Очнулась она в сыром, тёмном подвале, пропахшем ржавчиной и плесенью. Она была намертво привязана к тяжёлому металлическому стулу. Руки за спиной стягивали глухо звенящие наручники, а ноги были плотно обмотаны армированным скотчем и верёвками. Свет одинокой тусклой лампы над головой слепил глаза, выхватывая из темноты фигуры её похитителей.
Её допрашивали уже третий день. Время слилось в один бесконечный кошмар.
Перед ней стоял Виктор — жестокий, крепко сбитый мужчина со шрамами, который не церемонился. В углу, опершись на ржавые трубы, за процессом молча наблюдал старший — Григорий, чей холодный взгляд пугал даже больше, чем удары Виктора.