— То есть даже вот так… А если бы торчал ты? И тебе бы никто не помог? — обратился уже к нему.

— Я б не оступился, как олух. А ты не оправдывайся, Драгунов. Из-за тебя мы слили первое испытание!

— Слили? То есть, я по-твоему специально всех подставил! — воскликнул, желая разбить рожу члену своей команды, но между нами вдруг возник Павел.

— Хватит! Сейчас огласят результаты, — сухо произнес он. — А ты… Александр. Мы еще подумаем, что с тобой делать.

— Казните меня за спасение человека, и дело с концом! — с сарказмом бросил в ответ.

Тут по стадиону, где мы находились, пролетел громкий крик комментатора. Участники состязания поднялись на ноги, вышли из-под тени деревьев, встали с земли.

Все построились на краю площадки, где была специальная белая линия. После чего, с трибуны стали говорить разные люди. Они желали нам быть сильными, красивыми и сексуальными.

Ладно, шучу, достойными своих родов, разумеется. Конечно, звучало красиво, хоть и немного скучно. Но меня ждала основная часть церемонии, а именно оглашение результатов.

Можно было сказать, что произошло чудо. Несмотря на мое опоздание, мы заняли первое место, доказав всем и вся, что добро и правда сильней, чем победа любой ценой.

Но нет. Нам присудили предпоследнее место. И то, потому что в самой слабой команде участник умудрился сломать ногу на ровном месте.

Построение еще не закончилось, как меня окружили товарищи. Причем, намерения у них были явно не лучшие. Похоже, все мои аргументы были бессмысленны. Дворянские дети — это все еще дети, пусть даже выглядят пафосно и по-взрослому.

— Ну что, спасибо тебе, Драгунов! Это худший результат Золда за десять лет! — выпалил кто-то.

— Слышь, нафиг ты вообще туда лез? Тебе же сказали, бежать.

— Прости, Саш, но ты сам понимаешь. Думаю, тебе лучше с нами не выступать, — сокрушенно произнес Павел.

— Да, правда, что ли? А знаете, что! Я сам свалю из вашей долбанной шайки. Если вы не умеете включать мозги, а идете вперед как бараны, то мне с вами явно не по пути. И кто там говорил про смекалку, про разум и все такое… — огрызнулся, понимая, что спорить дальше бессмысленно.

— Смекалка и тупизна — это противоположные вещи! — краснея воскликнул Глеб.

— Ага, Белоснежка, спасибо, что просветил! — бросил ему в лицо, двинувшись немного вперед.

С трибуны раздалась просьба всем замолчать, ведь мероприятие еще не закончилось. Мы нехотя разошлись в стороны и снова построились по линейке.

— Хана тебе, мелкий! Ты круто попал! — прошипел кто-то левее.

— Круто попала твоя мамаша, когда тебя родила, — шикнул ему в ответ.