Ада уже не могла держать осанку, она поплыла и расслабилась, погружаясь в такие тёплые объятия экзотичного вида девушки. Дыхание стало частым, сознание куда-то уплывало, а сама рабыня просто таяла. Спиной девушка уже откинулась назад, ложась на пусть и не большую, но мягкую грудь Аши, которая продолжала свои нежные ласки.

И вдруг правая рука Аши устремилась вниз, прошла вдоль живота и исчезла среди бёдер. Первое же аккуратное поглаживание набухшего цветка закончилось визгом и продолжительными судорогами.

— Сколько же ты терпела, красавица… — удивилась Аша, смотря на свои полностью мокрые пальцы. — Рада, что тебе так приятно.

— Постой, хватит! — сразу же взмолилась Ада, пытаясь отдышаться.

— Ты настолько чувствительная? — игриво улыбнулась татуированная рабыня. — Но это хорошо. Я могу показать тебе ещё много интересного и приятного, если ты хочешь…

— Подожди секунду…

Ада всё ещё не могла прийти в себя, столь сильна оказалась буря эмоций. Аша ещё раз шаловливо провела рукой внизу живота, а рыжая красавица тут же вцепилась в её руку. Всё тело остроухой рабыни дрожало ещё минуту, после чего та наконец успокоилась.

— Продолжим?

— Я…

— Аша, принеси вина! — неожиданно раздался незнакомый голос, тем самым прерывая намеченные планы.

— Долг зовёт, — с лёгкой грустью и досадой произнесла Аша, а затем рабыня шлейфом ветра скользнула мимо смущенной и ошеломлённой происходящим подружки. — Ты прямо само очарование.

Знойные татуированные пальчики напоследок коснулись губок Ады, после чего пошли вниз по шее, немного задержались меж высоко поднимающимися грудями и наконец-то были отдёрнуты. А затем мгновенно успокоившаяся Аша подошла к шкафу, взяла вино с полки, после чего рабыня, виляя бёдрами отправилась в комнату к хозяину. За считанные мгновения она взяла себя в руки, а зной сменился сдержанностью зимы. А вот Ада таким самоконтролем похвастаться явно не могла, впрочем, это пока что.

Татуированная девушка же уже скрылась в комнате, где шла не самая обычная беседа.

— Благодарю, дорогая, — произнёс старичок с моноклем, после чего сам начал разливать вино, будто ещё толком не научился пользоваться своей рабыней.

Лансемалион же всё это время молча наблюдал за мастером. Как только аристократ вошёл в комнату, то сразу что-то заподозрил. Эта походка, эти неловкие движение у камина и странное бормотание…

Когда же мастер повернулся к гостю лицом, то господин Бальмуар всё осознал. Младший наследник рода Торвандори ничего не сказал, просто сел за стол. Старик некоторое время рассматривал своего гостя, после чего тоже всё понял. Ошибки быть не могло.