Склоняюсь, как мне кажется, в его сторону и щурюсь сильнее, пытаясь разглядеть очертания головы и лица неизвестного

И тут возня становится сильнее. Ботинки пришли в движение. Он встал, а я вжалась в холодную, шершавую стену, что сразу же больно впилась в нежную кожу.

Но я даже не обратила внимание. Потому мощь фигуры, что я чувствовала каждой клеточкой своего тела, надвигалась на меня как огромный, страшный монстр из детских книжек. Кажется, я разбудила зверя, что мирно спал на коврике. Не зря папа говорит, что молчание - золото.

Руки начинают трястись. Но из меня всё-таки вырвалось поспешное:- Ну, не хочешь, не мычи! - почти в панике проговариваю ему.

Сердце стучит в такт его шагу, кажется, все замедляется настолько, что удары сердца ощущаю о ребра.- Прости, если задела твои чувства! Я просто нервничаю, а когда сильно боюсь, то начинаю говорить, не думая, - лепечу я

Чувствую мощь тела, что нависла надо мной как ужасающая лавина неизбежного конца. Я будто знаю, что на меня надвигается огромная волна, что всё растёт и растёт, и я не бегу только по той причине, что знаю, что от такого убежать

невозможно. Но сердце готово разорваться на части. А потом чувствую лёгкоє касание его пальцев на своей щеке.

От его прикосновения ток проникает в меня. Все двести двадцать вольт проходятся по всему телу, запуская маленькие искорки.

И такое мощное ощущение, что я, не выдержав напряжение, падаю на матрас. А сознание уплывает в никуда, заставляя погрузиться в спасительный сон.

Глава 3

Пробуждение оказывается в этот раз неожиданно лёгким. Тем более в ноздри тут же ударяет восхитительный аромат свежей выпечки, смешанный с манящим запахом горячего кофе. С трудом разлепляю веки, я пытаюсь осмотреться вокруг, но царившая в помещении тьма позволяет различить лишь смутные очертания предметов. Ох, ё-моё, это был всё-таки не сон. Меня похитили...

Хочется разрыдаться и начать в панике метаться по этой тьме, но я сдерживаю себя. Ведь папа всегда говорил, что в таких кризисных и опасных ситуациях не нужно поддаваться отчаянию.

Постепенно мои глаза привыкают к полумраку, и я осознаю, что лежу на настоящем матрасе. Удивительно! Всё-таки, мне не показалось, что это был матрас. Более того, кто-то заботливо подложил под голову подушку и укрыл тёплым пледом.

Ничего себе, какие они заботливые. Наверное, им велено хорошо со мной обращаться. С трудом сажусь на матрасе, я принимаюсь разминать затекшие мышцы. Каждое движение отдаётся неприятной болью в теле. К моему удивлению, руки оказались свободными. Спасибо и на этом. Но на ноге цепь всё-таки не убрали.