Стоило тёзке сделать в штудировании учебников перерыв, как я безжалостно вывалил на него свои умозаключения, добавив пожелание поскорее поделиться ими с Денневитцем и Воронковым. Но дворянин Елисеев, хоть и принял сами итоги моих размышлений, немедленно бежать к начальству наотрез отказался.

— Вот поймает Чадский Туманова или Волосову, кто там из них для Яковлева шпионит, тогда и придёт время выкладывать Карлу Фёдоровичу и Дмитрию Антоновичу твои выводы, — объяснил он своё нежелание торопиться. — А пока что совсем не к спеху.

Делать нечего, пришлось сначала просто согласиться, а чуть позже подумать и признать тёзкину правоту. Но молодец товарищ, молодец, растёт и умнеет, понимаешь, не зря я стараюсь…

Старался и тёзка. В учёбе, ясное дело старался. Ещё три дня просидев над книгами и затем четыре дня угробив на написание последних семинарских работ, дворянин Елисеев решил, что готов, наконец, к сдаче экзаменов за полный университетский курс, и прямо следующим утром запросил аудиенцию у Денневитца, чтобы обрадовать начальника этим известием. Карл Фёдорович подчинённого незамедлительно принял, выразил по поводу его успехов полное удовлетворение, и прямо в начальственном кабинете тёзка написал прошение на имя декана. Денневитц поручил адъютанту сегодня же договориться с факультетским начальством, а зауряд-чиновника Елисеева отправил в Михайловский институт, не иначе, в виде поощрения.

Прибыв в институт, дворянин Елисеев сразу двинулся к директору, но Кривулин уделил даже такому важному посетителю лишь пару минут, да и то, чтобы лично принести извинения за невозможность плотно поработать вместе. Оно и понятно, для директора сейчас главным было скорейшее восстановление столовой, как и вообще полное устранение последствий пожара. Вот и продолжил Сергей Юрьевич заниматься этими крайне необходимыми делами, а тёзка заглянул в секретное отделение, узнал от Чадского, что никаких подозрительных звонков его подозреваемые не совершали, и направился к Эмме…

— Вы со своим тёзкой когда готовы будете практиковаться в защите? — перешла женщина к делу, когда мы кое-как вернулись к окружающей действительности после всех бесстыдных безумств. — Нам понадобится дня три-четыре подряд, я так думаю.

— Не знаю, — ответил я. — Боюсь, до того, как тёзка сдаст на классный чин, не получится. Ты, кстати, раз уж готовишь нам руководство по обучению целительским навыкам, подай Кривулину докладную, что тебе надо заниматься с Виктором неделю каждый день, чтобы сделать из него хорошего преподавателя, под это дело и провернём наши занятия.