В Покрове тёзка первым делом заехал в полицейское управление, благо, прямо на Владимирском тракте оно и располагалось. Оставив у дежурного заявление о попытке нападения, дворянин Елисеев побеседовал с уже знакомым по происшествию на дороге титулярным советником Грековым. Беседа получилась недолгой, потому что кроме марки и цвета автомобиля злоумышленника тёзка мог лишь сказать, что свернул тот с тракта сразу после Киржача. Тут о деревне Киржач речь, а не о городе с тем же названием, он-то совсем в другом месте находится. Номера машины тёзка не разглядел. Сыщик таким показаниям особо не обрадовался, но любезно предоставил заявителю возможность позвонить в Москву и поставить в известность о случившемся господина Воронкова. Тот после недолгого разговора попросил тёзку передать трубку покровскому коллеге и ещё какое-то время нам с тёзкой пришлось выслушивать односложные ответы Грекова, а потом он вообще попросил тёзку подождать за дверью. Закончив с телефонным разговором, титулярный советник Греков вернул тёзку в кабинет и настоятельно посоветовал ему заранее ставить полицию в известность в случае выезда из Покрова. Тёзка, однако, заверил сыщика в том, что никуда пока не собирается.

— Дома-то что своим скажешь? — спросил я, когда мы покинули пристанище уездной полиции.

— А ты что посоветуешь? — тёзка, похоже, надеялся услышать от меня что-то ну очень умное.

— Ну, маме с сестрёнкой знать всё это уж точно не стоит, — начал я оправдывать тёзкины ожидания.

— Отцу тоже, — подхватил тёзка.

— Не уверен, — возразил я. — Он у тебя, как я понимаю, человек в городе не последний, ему Греков запросто и сам сообщить может.

— Вот уж не хотелось бы… — такая вероятность тёзку не обрадовала. — Но умеешь ты настроение испортить, умеешь.

Да тут мне и умения особого не требовалось — уж больно явственно читался в тёзкиных мыслях страх, что папаша законопатит его к себе в военный городок, разумеется, для безопасности. А у тёзки планы на летний отдых в родном городе были совсем другие…

— Сейчас ещё больше испорчу, — пообещал я. — Если, конечно, ты не против.

— А если и против — ты же всё равно испортишь? — товарищ проявил предельно правильное понимание обстановки. — Давай уж, не стесняйся.

— Уговорил, стесняться не буду, — согласился я и продолжил: — Вот смотри, что у нас получается. Голубок тот, которого ты завалил, вроде должен был соображать в убийствах, раз зарабатывал этим.

— Так, — подтвердил тёзка.

— Что ничего у него не вышло, это, скорее всего, случайность, — напомнил я. — Зато сегодня ты на дороге шуганул какого-то придурка.