Нужно идти в серую зону и разговаривать с Бокой и Токой. Ведь я ожидал, что восстановление будет каким-то… более активным, что ли. Ещё один пункт в бесконечный список Магинского.

— Эталонка пятого ранга! — вспомнил. — У нас, случаем, не получилось её изготавливать?

Ольга незаметно выпрямилась, словно солдат перед генералом.

— Мы пытались, господин, — её голос стал тише. — Последние две недели почти не спали. Отец… — она на мгновение запнулась. — Разработал новую формулу, теоретически работоспособную. Но без свежих образцов органов высших монстров результаты нестабильные.

Девушка осторожно достала из кармана халата маленький флакон с переливающейся жидкостью.

— Это прототип. Сработает, возможно, но побочные эффекты не изучены. Мы не рискнули тестировать.

Я протянул руку, Ольга подошла ко мне и передала флакон. Тёплое стекло пульсировало едва заметно, как крошечное сердце. Внутри жидкость медленно меняла цвет — от глубокого синего до малинового и обратно.

— Нет! — ответил Лампа, делая шаг вперёд. — Я пробовал, состав нестабилен. Нужно время, чтобы закончить.

Рыжий выглядел встревоженным и нервным. Что-то явно не давало ему покоя. С тех пор, как Евлампий объединился с дядей Стёпой, его поведение стало непредсказуемым — иногда он был обычным мальчишкой, а иногда в глазах появлялись мудрость и расчётливость взрослого алхимика.

— Понятно, — кивнул в ответ.

Хреново. А я так рассчитывал, что у меня появится эталонка пятого ранга, а может быть, и шестого.

— Что-то ещё? — спросил.

— Есть личный разговор! — тут же выдал Дядя Стёпа, судя по манере.

— У нас тоже! — подали голоса перевёртыши.

— И у меня! — сказала Изольда.

— Как и я, — выпрямилась Лахтина.

Перевёл взгляд с одного на другого. Все явно ждали личной аудиенции. Интересно, настолько важно, что нельзя обсудить сейчас?

— Срочно? — уточнил у всех сразу.

— Да! — ответили они хором.

Уловил беспокойство в голосах. Возможно, не стоит откладывать, но сначала надо разобраться с остальными вопросами.

— Жора, господин Булкин не объявлялся? — посмотрел на слугу.

— Нет, — помотал головой мужик. — Ни сообщений, ни гонцов. Все пути перекрыты.

Это плохо. Булкин — важное звено в моих планах. Без его связей и возможностей многие схемы рушатся. Нужно найти способ связаться с ним, несмотря на блокаду.

— Тогда все свободны, кроме… вас, — указал на тех, кто требовал личной аудиенции.

Жора, Витас, Смирновы и Медведь вышли из зала. Я откинулся на спинку кресла и потёр лицо. Долбаное маленькое тело, огромных сил стоило давить в себе панику и мыслить трезво.