Остап глянул в звездное небо и вынул из кармана известные уже плоскогубцы.
Глава 37 Зеленый мыс
Инженер Брунс сидел на каменной веранде дачи на Зеленом Мысу под большой пальмой, накрахмаленные листья которой бросали острые и узкие тени на бритый затылок инженера, на белую его рубашку и на гамбсовский стул из гарнитура генеральши Поповой, на котором томился инженер, дожидаясь обеда.
Брунс вытянул толстые, наливные губы трубочкой и голосом шаловливого карапуза протянул:
– Му-у-усик!
Дача молчала.
Тропическая флора ластилась к инженеру. Кактусы протягивали к нему свои ежовые рукавицы. Драцены гремели листьями. Бананы и саговые пальмы отгоняли мух с лысины инженера. Розы, обвивающие веранду, падали к его сандалиям.
Но все было тщетно. Брунс хотел обедать. Он раздраженно смотрел на перламутровую бухту, на далекий мысик Батума и певуче призывал:
– Му-у-у-усик! Му-у-у-усик!
Во влажном субтропическом воздухе звук быстро замирал. Ответа не было. Брунс представил себе большого коричневого гуся с шипящей жирной кожей и, не в силах сдержать себя, завопил:
– Мусик!!! Готов гусик?!
– Андрей Михайлович! – закричал женский голос из комнаты. – Не морочь мне голову!
Инженер, свернувший уже привычные губы в трубочку, немедленно ответил:
– Мусик! Ты не жалеешь своего маленького мужика!
– Пошел вон, обжора! – ответили из комнаты.
Но инженер не покорился. Он собрался было продолжать вызовы гусика, которые он безуспешно вел уже два часа, но неожиданный шорох заставил его обернуться.
Из черно-зеленых бамбуковых зарослей вышел человек в рваной синей косоворотке, опоясанной потертым витым шнурком с густыми кистями, и в затертых полосатых брюках. На добром лице незнакомца топорщилась лохматая бородка. В руках он держал пиджак.
Человек приблизился и спросил приятным голосом:
– Где здесь находится инженер Брунс?
– Я инженер Брунс, – сказал заклинатель гусика неожиданным басом. – Чем могу?
Человек молча повалился на колени. Это был отец Федор.
– Вы с ума сошли! – воскликнул инженер, вскакивая. – Встаньте, пожалуйста!
– Не встану, – ответил отец Федор, водя головой за инженером и глядя на него ясными глазами.
– Встаньте!
– Не встану!
И отец Федор осторожно, чтобы не было больно, стал постукивать головой о гравий.
– Мусик! Иди сюда! – закричал испуганный инженер. – Смотри, что делается. Встаньте, я вас прошу. Ну, умоляю вас!
– Не встану, – повторил отец Федор.
На веранду выбежала Мусик, тонко разбиравшаяся в интонациях мужа.
Завидев даму, отец Федор, не поднимаясь с колен, проворно переполз поближе к ней, поклонился в ноги и зачастил: