Принесенную чашку с водой, Сорок Седьмой опрокинул на пол у входа. Жидкость замерзла сразу же, образовав ледяную корку.

Пока парень был занят, все дети молчали. Замерли, не проронив ни слова ровно на семь минут и тридцать пять секунд. А когда время вышло, дети с нетерпением подошли поближе к закончившему свои приготовления Сорок Седьмому. Да, он тоже управился за отведенное им же время, а потом молча открыл книгу:

— Становление Империи, - начал он читать первые строки. – Уничтожение Императором полков восставшей знати.

Сухой текст, полный цифр и исторических фактов, воспринимался детьми сродни невероятной и захватывающей приключенческой истории. Истории о том, как Император великой Земли вел захватнические войны на всей территории планеты, объединяя одну страну за другой в единую и неделимую Империю.

Возможно, любого взрослого человека смутил бы факт того, что книга к своему концу перешла из сухого исторического вестника в что-то больше напоминавшее героическую сагу. Тут были и любовь, и предательство и целая вереница красочно описанных битв, в которых со своим воинством участвовал самопровозглашенный император, и которые блистательно выиграл. Оканчивалось всё и вовсе невероятной утопией о становлении абсолютного верховенства порядка и справедливости с образованием неделимой Империи на всей территории планеты.

Сомнительно? Возможно. Но не для детей, сейчас обступивших троих подростков. Они с пылающими глазами ловили каждое слово. И даже сами «гости» с удовольствием и восторгом слушали рассказ. Пожалуй, единственный, кто проявлял хоть какое-то недовольство, был тот самый чтец, с цифрой 47 вместо имени. Он несколько раз прочел одну и ту же страницу, немного подумал и продолжил. И так раз десять в течение всего рассказа.

— Только не говори, что ты нашел ошибки, даже в похождениях Императора, друже? – Уточнил Тридцать Четвертый.

— Во время штурма главного повстанческого лагеря мятежников, разведчики Императора держались в тени. Но учитывая описание времени дня и расположение лагеря, тень должна падать в противоположную сторону, - абсолютно серьезно заявил парень. – Эта неточность может поставить под сомнение совокупное качество данной редакции книги.

Оба его друга одновременно рассмеялись и покачали головами:

— Наш Сорок Седьмой, как всегда, в своем душном репертуаре, - произнес Шестидесятый. А потом шутливо добавил. – Еще немного и ты поставишь под сомнение существование самого Императора.

В этот раз смеялись уже все дети в жилом контейнере. Сорок Седьмой тоже коротко улыбнулся, но не более.