Закончив внутренний монолог, Ева начала помогать пареньку прийти в себя. И, как неудивительно, у неё это вышло без особых проблем. Тем не менее сама девушка считала несколько иначе…

«Как же с ним долго пришлось возиться!» — вновь усевшись за своё место у стола, пронеслось у неё в голове. — «Что же его так напугало? Хотя нет, куда важнее сейчас — где, блять, остальные⁈ Прошло столько времени, а никто так и не явился!»

Под эти мысли Ева вернулась к совместному с пареньком неторопливому поеданию уже остывшего супа. Теперь этот суп, по её мнению, стал ещё более отвратным, чем прежде. Тем не менее — ложка за ложкой, половник за половником и тарелка за тарелкой — так суп был съеден ей практически в одиночку. И хоть изначально она так поступать не собиралась, но в конце концов изменила своё мнение, увидев, что парень после произошедшего потерял весь аппетит и при этом не против, чтобы она продолжала есть без него.

Когда же она уже доедала последнюю тарелку, парень, не раздеваясь, залез в постель. Ева пыталась с ним ещё немного поговорить в надежде разузнать какую-нибудь полезную информацию, но этого у неё не вышло — после произошедшего парень был словно потерянным и в нём практически полностью угас интерес к Еве. Поэтому в какой-либо контакт с ней вступать не собирался, вместо этого, судя по всему, желая отдохнуть.

Тем не менее, на удивление Евы, он неловко пригласил её лечь рядом с собой. Ева же, немного подумав, согласилась, вскоре оказавшись рядом с ним. Естественно, не воспользоваться этим она не могла — она вновь попыталась разными способами выудить из него что-то. Но всё, что в ответ получила — это объятия.

Сначала она этому даже несколько удивилась, но потом, вспомнив, что он обычный человек, поняла, что дело в кое-чём очень простом — ему банально холодно. Всё-таки температура в этом месте слишком низкая, чтобы обычный человек мог её нивелировать этим хлипким деревянным домом, лёгким огоньком из печи и тёплой одеждой с тёплым постельным бельём.

По крайней мере, Ева так подумала, приобняв его в ответ. И в целом ночь прошла спокойно, но под утро, когда она сама уже без сил заснула, кое-что произошло.

Она проснулась от того, что её грудь откровенно лапают.

Поначалу она даже не поняла, что происходит, отчего не стала сразу открывать глаза, но потом, убедившись в этом, открыла их, посмотрев на парня. Тот в свою очередь даже этого не заметил, явно будучи очень заинтересованным в процессе.

«Ясно. Так я всё-таки была права насчёт извращенца. Вот только… я думала, что это будет какой-то взрослый дикарь. А в итоге… это молокосос, только вошедший в пубертатный период… Какая же, блять, мерзость…»