— Бим и Бом, — согласился я, вдруг зевнув во всё горло. Чудеса чудесами, но и устал я за сегодняшний день так, как редко когда раньше уставал.
— Всё, спать, — спохватился Олег, — завтра же утро откровений, если не соврала Настя. Но раньше я за ней такого не замечал, серьёзная же дама просто жуть до какой степени, так что надежда есть. Всё-всё, пошли, я здесь сам уберу, а как кровать на глубокий сон ставить, я тебе показывал.
И я, подумав, согласился. Чего тянуть, чего откладывать, раньше сядешь, раньше выйдешь. Единственно, когда я, пересилив себя и приняв душ, уже ложился спать, мелькали в голове некоторые опасения, что мысли тяжкие мне спать не дадут, но кровать не подвела, в сон я провалился легко и свободно, да и проснулся так же.
Утро стало для меня по-настоящему добрым, во-первых, выспался здорово, во-вторых, кошмары не мучили, вообще все эти недавние события отодвинулись в прошлое, месяц же прошёл, пусть я его и не почувствовал, а не два дня, да и лекарства вчерашние как будто голову мне продули свежим ветром, ну и в-третьих, встал я сегодня с предвкушением чего-то чудесного, как в детстве. Ведь видел я во сне ночью ту самую галактику, что висела над нашими головами, разговаривал с ней, и обещала она мне много чего, я даже не запомнил, что именно, но плохого там точно не было.
— Доброе утро! — поймал я вышедшего из душа Олега, — кстати, а ты не пробовал отсюда лыжи навострить? Ну, в лес хотя бы, типа в поход с ночёвкой?
— Доброе, — ответил тот, вытираясь, — самый умный, что ли? И в лес, и направо и налево пробовал, да только если в лес идти, то метров через двести упираешься просто в воздух. Сначала густеть начинает, потом не пускает. Морду не разобьёшь, но и пройти не получается. Вправо и влево от бассейна вдоль стены то же самое, только уже метров через двадцать. И не перепрыгнуть никак, а подкоп делать не пробовал, тебе оставил. Хочешь, лопату сделаю и подарю?
— Продумано всё, значит, — я отрицающим жестом отказался от лопаты, — изолятор с мягкими условиями?
— Скоро узнаем, — подмигнул мне Олег и пошёл одеваться, — а гадать, Саня, гадать долго можно, но бесполезное ведь занятие! Я месяц только этим и занимался, надоело до жути, так что не начинай, скоро сами всё узнаем, говорю же. Ну, или я на это очень надеюсь, во всяком случае.
Я пожал плечами, признавая его правоту, и пошёл умываться сам. А там опёрся руками о мраморную раковину и надолго залип, рассматривая своё изображение в зеркале, потому что только сейчас заметил в себе кое-какие изменения. Лицо осталось в принципе прежним, разве что зубы все были на месте и целые, исчезли в них две пломбы, будто бы и не было их, а вот ниже… Тело было моё, точно моё, но в то же время будто бы и не моё, трудно это было и заметить, и объяснить, даже лечением в этой инопланетной, а в этом я уже не сомневался, больнице.