— Для тебя удача⁈ — взорвался Фархат.

— Что ты несешь⁈ — искренне возмутился Зоб. — Пока вы спали мы рисковали жизнью. Да мы едва вас вытащили! И это твоя благодарность⁈

— Не ты нас вытаскивал, а эти двое, — нос-картошка кивнул на Алекса и Вассанду. — Ты-то тут причем?

— Войны, по-твоему, ведутся одиночками? Каждый делает что хочет? Нет, Фархат. Мы все одна команда и пашем как проклятые. Странно, что ты этого не понимаешь и обвиняешь меня в трусости. Забыл уже бойню на Калувле? Там тоже скажешь от меня толка не было.

— Там был, — хмуро бросил старейшина, немного успокаиваясь. — А здесь — нет! Мы можем освободить наш дворец. Шансы есть.

— Хочешь освобождать — иди! Я тебя не держу. Только хочу напомнить, что там засели пять тысяч бойцов Лиги.

— Ты же понимаешь, что нам нужны солдаты, — зло буркнул Фархат.

— И где ты их возьмешь? — с интересом спросил Зоб, складывая руки на груди. — Я вам их точно не дам. Знаешь ли ты, что прямо сейчас школу Резонанса атакуют наемники Лиги? Я должен оттуда снять войска и вам их отдать? А что будет, если нападут сразу на несколько дворцов?

Фархат недовольно зыркнул на Зоба, но ничего не ответил…

— Если вы успокоились, я скажу, — вмешалась Вассанда.

Женщина успела переодеться в красивое зеленое платье и сейчас лениво попивала полюбившееся ей вино с Лакката. Да и вообще выглядела расслабленной и отдохнувшей. И не скажешь, что последние дни она вкалывала как проклятая.

«Чем они тут с Зобом, интересно, занимались, пока я работал?» — подумал Алекс.

А еще его удивляло, откуда древняя берет столь редкий и дорогостоящий напиток в таких количествах? Торговые маршруты сюда пока не проложены, точнее проложены, но единственный «товар» — оружие и солдаты.

Или всех вновь прибывших заставляют сдавать «деликатесы»? Непонятно. Так или иначе, ему кроме чая тут ничего не предлагали…

— Зоб не так уж неправ. Идея перенести все артефакты в несколько дворцов не лишена смысла, — продолжила Вассанда. — Хотя я против. Каждый дополнительный дворец — это новая территория и новые дикие. Однако ваша школа сильно пострадала. Мы не можем терять время и ресурсы на ее восстановление. Поэтому вы должны остаться здесь.

— Остаться здесь означает смерть для школы, — мягко возразил Лицун.

Пасть ящера оскалилась, показав два ряда внушительных клыков. Алекс не понимал, то ли он так улыбается, то ли угрожает. Впрочем, говорил Лицун вежливо, да и Вассанда восприняла замечание спокойно.

— Будем честны, — сказала она. — Школы скорее мертвы, чем живы. Реанимировать их может лишь новая кровь. Однако дикие к нам не пойдут, если мы начнем сдавать позиции, а если они к нам не пойдут, мы гарантированно проиграем.