Вот ведь умники. Трах, кстати, тоже. Грешили на одних конкурентов, а жирненьких богатеев из Фого с их парой взрастителей накрыли, оказывается, вовсе не те из-под купола, а совершенно другие ребята. Один из них как раз сидит с нами рядом, чуть выше по корпусу. Вручили Яше шлем, которых — слава Древу — успели заготовить приличный запас.

Сидит, вглядывается в даль, прижатый встречным ветром к спинке кресла. Пока, чтобы летелось быстрее, убрали защитный пузырь, но потом, когда конкретно промёрзнем, поставим обратно. Бигмак тоже в будке. Закидывать «удочки» станем лишь возле места, где в сорняке прячется очередная стартовая локация с очередным финалистом. Или без оного, если сумел-таки выбраться. Лететь нам под тысячу лиг — за пару часов доберёмся. Вон уже очертания крайнего с юга аллоя проступают в полуденном мареве.

Пока мчимся без защиты Джахара, разговаривать без вариантов. Ты попробуй открыть только рот — сразу щёки раздуются шариками. Молчим, думаем о своём. Кто о чём без понятия, ну я про ждущего впереди Зверя. Если его заметили ползущим от перешейка, и вести про то добрались аж до Хо, пусть и последнюю часть пути они двигались с ускорением — спасибо нардийскому принцу — значит чудище-босс в мир явилось давненько. Как бы не в тот же день, что и Кракен. Вполне вероятно, что уже лютует на первом из Древ.

— Санта Мария! Команданте, ты это видишь?

Я только что отдал Джахару команду поставить щит, и перставший хлестать в лицо воздух позволил картинке обрести большую чёткость.

— Он. Однозначно.

— Понятно, что он! Ты мне лучше скажи, что он делает?

— Ест.

— А те ветки… Матерь божья! Он что, обожрал третий ярус? Весь?

Переговорная труба же тем временем орала парой десятков голосов.

— А ну все заткнулись! — не выдержал я. — У кого есть сказать что важное, по порядку и только с моего разрешения.

— Саша⁈

— Давай. Тола говорит, все молчат.

У нас тут военный корабль, или яхта с туристами? Никакой дисциплины. Хотя, не буду к ребятам так строг. Из самого эмоции бьют ключом. Не каждый день видишь такое своими глазами.

— Надо попробовать!

— Думаешь, у них там своих огневиков нет? Мы здесь сейчас за другим.

— Но он же… Древо погибнет же.

Дожили. Даже Тола, которая, не моргнув глазом, жгла народ сотнями, не может подобрать слов, видя, как чудище губит аллой. То, что попутно в его пасти и под огромными лапами находят свою смерть тысячи, а то и десятки тысяч людей, вторично. Но Древо… Любое Древо для местных священно. Выживет ли без листьев гигант неизвестно. Осени, оголяющей ветки, здесь нет. Да и кто сказал, что оно остановится, сожрав листья?