— А разве его не мы должны найти? — удивилась я.

— Можем и мы, но это ответственная и важнаядолжность. Мажордом можно сказать, лицо замка. Боюсь, среди троллей подходящего кандидата не найти.

— А шаман?

— Что шаман? — удивилась Герда.

— Шаман к нам в мажордомы не пойдет?

Экономка зависла.

— Он же шаман! — наконец, возмутилась она.

— Ну ты же сама сказала, что почти все племя будет работать в замке. Так почему бы и ему…

— Нет! — веско отрезала троллиха. — Он хранитель племени. Такое недопустимо даже предлагать.

— То есть мажордома у нас нет.

— Нет.

— Значит, будем искать, — вздохнула я.

— Как и садовника. Потому что среди троллей ценителей зелени нет.

— Какой зелени? — удивилась я. Перед глазами заснеженный горный пейзаж, который никак не сочетался с садами, клумбами и парками.

— Госпожа, зима же не круглый год! У нас тут очень красивые весна, лето и осень. Хотя зима и самая длинная пора года. К тому же в замке есть зимний сад, за которым нужен уход.

— Зимний сад?

— Я обязательно его покажу. Это мое упущение.

— Да какое уж тут упущение. Это я не успеваю толком оглядеться, — вздохнула. Заботы множились, как снежный ком. Быть хозяйкой в замке — это нелегкая задача. Особенно, если ничего в этом не понимаешь. — Насчет мажордома я поговорю с графом. Сейчас давай разберемся с униформой. Какие тролли предпочитают цвета?

— Вы сами видели: яркие, пестрые. Но для прислуги подобное недопустимо. Мы должны быть незаметными.

— Герда, тролли незаметными? По-моему, это даже звучит странно. Придется действовать от обратного.

— Это как? — растерялась экономка.

— Это значит, будем делать их заметными! Теперь наряды наших… помощников будут фишкой Рратского замка! — постановила я. Постановить-то постановила, но что делать дальше, не представляла. — Но от пестроты придется отказаться. У нас тут не цирк Шапито. Показывай, какие еще ткани можно использовать для униформы. И это… — я замялась. — Белье им тоже, похоже, нужно пошить. В меховом вспотеют.

Герда не смогла сдержать смешка, но тут же взяла себя в руки и стала серьезной:

— Конечно, госпожа.

В кладовой мы задержались гораздо дольше, чем на полчаса, но у меня в голове появился хотя бы примерный набросок того, что я хочу видеть на своих троллях. Но прежде чем приступить к обсуждению эскиза, меня усадили за обед:

— Успеете еще, госпожа. А пока нужно поесть, иначе граф решит, что мы морим вас голодом.

Пришлось подчиниться, но когда в столовую принесли суп и запеченную в медовом соусе птицу, я поняла, что напрасно торопилась, а прием пищи — это святое.

Даже настроение улучшилось и силы прибавились.