Немного хрипловатым голосом спросила дроу, трогая через прорези в броне свой голый живот.

— Было дело.

Пробормотал я, активируя лечение на себе, в который раз поражаясь крепости её нервов. К утру наши запасы пищи сократились на четверть, но Тамери-бран обзавелась новой рукой, взамен оторванной и изжёванной.

Что примечательно, труп твари так и не стал видимым, и на следующий день я с трудом нашёл его, даже кровь, которой место сражения должно быть забрызгано, была невидима.

Интересно, из его шкуры получится плаш-невидимка?

Дроу живо заинтересовалась такой возможностью и с энтузиазмом взялась мне помогать сдирать шкуру с монстра. Работенка нам выпала непростая, так как всё приходилось делать буквально на ощупь. Что удивительно, даже когда мы полностью содрали шкуру с монстра, он не стал видимым.

Похоже, каждая часть его тела невидима.

Как не хотелось мне полностью забрать тварь, но увы, тащить на себе трёхсоткилограммовую тушу, которая скоро начнет портиться, было глупо, пришлось довольствоваться шкурой, которую, к слову, тоже нужно было как-то обработать клыками.

Перебериясь через очередное нагромождение валунов, я вдруг почувствовал мерзкий кислый запах, который почему-то показался мне знакомым.

Я остановился и стал вертеть головой, переключая Вигилантию с режима на режим.

Но кроме неопасного для нас хищника в километре ничего подозрительного не обнаружил.

Утроив осторожность, медленно двинулись вперёд, пока еще один порыв ветра снова не принёс нам этот запах.

— Коины.

Уверенно опознала дроу.

— Ну просто охренеть, как они здесь выживают⁈

Немного расслабившись, перебрались через широкий ручей, обогнули заросший кустами холм и почти в упор наткнулись на пару гоблинов, явно сидящих в секрете.

«Значит, стойбище где-то рядом».

— Убери их.

Тихо приказал я дроу, эльфийка бесплотным призраком скользнула в траву и растворилась в ней. Через пару минут она словно тень выросла за спинами коинов и незамысловато сломала им шеи.

Само стойбище нашлось в полутора километрах на берегу небольшого озера.

Несколько минут мы наблюдали за поселением, но оно практически ничем не отличалось от точно таких же на Ялькерте.

Я уже хотел дать отмашку на зачистку, как из самой большой хижины выбрался гоблин-старик. От остальных он отличался сложными рисунками-узорами на теле, как-то диким головным убором, сделанном из перьев, мелких косточек и чёрт знает чего ещё. В руках старик держал длинную кручённую палку.

— Похоже шаман.

Пробормотал я и в следующее мгновение буквально прикипая взглядом к предмету, висящему на груди шамана, рядом с ожерельями из клыков, когтей и каких-то пёрышек.