Вечером, ближе к семи часам, если верить тому едва видному бледному пятнышку в небе, уходящему в закат, за мной пришли.

Два хмурых типа, с шоковыми дубинками в руках, начали последовательно выводить заключённых. Я был выведен последним, поэтому никого так и не увидел.

До меня добрались в конце, поэтому я был выведен во двор и загружен в клетку на грузовике последним. Присутствовал лично Немиров, который молча и хмуро оглядел меня и велел сунуть в отдельный ящик.

Ящиком оказался отсек грузовика, в который меня затолкали и заперли.

Мы поехали куда-то, но недалеко. Ящик открылся, меня завели в какое-то каменное здание, спустили в подвал и кинули в одиночную клетку.

— О, погляди-ка! — заулыбался Ворон, размещённый в соседней клетке. — Неужто сам Доктор?

Я огляделся. Ни одного знакомого лица в окружающих клетках, помимо этого уёбка.

— Не ебись ты в глаза, подобного вопроса бы не возникло, — ухмыльнулся я.

— Зачем так грубить, Доктор? — продолжил лыбиться Ворон. — Ты же интеллигентный человек!

— С собаками говорю как с собаками, — ответил я на это.

— А, так ты меня уже за человека не считаешь? — поинтересовался Ворон.

— А ты, блядь, ещё удивись и обидься на это! — рассмеялся я. — Конечно! Бешеных псов надо отстреливать, пока других не покусали.

— Интересная философия, — покачал головой Ворон. — Мы похожи в чём-то, Доктор…

— А вот тут хуй угадал, Ворон, — не согласился я. — Ты знаешь, что двигает мной, а я знаю, что двигает тобой. Нас объединяет только нахождение в этом месте.

— Я бы поспорил насч…

— А ну заткнулись оба, нахуй! — постучал по решёткам клетки дубинкой один из надзирателей, появившийся внезапно. — На арене попиздите, говноеды, нахуй!

Я уселся на деревянный пол клетки и принялся ждать. Психологически я уже готов. Ну, вроде бы.

Наверху что-то происходило, из клеток забирали людей, я впервые поимел возможность наблюдать за другими бедолагами вроде меня. У кого-то глаза потухшие, кто-то раскочегарился до боевой готовности ещё в клетке, а кто-то боится до усрачки.

Тут всего около сорока клеток, заняты были тридцать девять. Впрочем, сейчас уже двадцать.

Я понаблюдал за остальными, но они точно так же как и я безучастно сидели на жопах ровно, поэтому ничего потенциально ценного я из этого наблюдения извлечь не смог.

Наконец, надзиратель пришёл за мной.

Я всмотрелся в его прикид на предмет уязвимых мест. Ну, на будущее. Бои на арене явно не каждый день, поэтому надо собирать максимум информации всякий раз.

Надзиратель был облачён в блестящую серебром чешуйчатую броню а-ля рыба. На голове его был декорированный фригийский шлем, ну, это который имеет удлинённую макушку, выступающую вперёд как капля. Неоднократно видел такие во всяких фильмах-пеплумах.