А руки-то помнят! Память услужливо подкидывала картинки из прошлого: курс подготовки операторов БПЛА в ОМОН, старые, допотопные по нынешним меркам квадрокоптеры, десяток часов теории, сперва — взлет-посадка, потом полеты «по точкам», элементы высшего пилотажа. Тренировки по слежке за условными преступниками. Как же это всё было давно!
«Авата» же была техникой совершенно иного уровня. Она висела в воздухе стабильно, как привязанная, камера плавно наводилась на цель, тепловизор четко выделял теплые пятна — птицу на дереве, кошку на крыше, солдата, бежавшего по каким-то своим делам в сторону то ли штаба, то ли столовой. Я учился заново: плавным маневрам, скрытному полету на малой высоте между зданиями, работе с тепловизором в разное время суток, быстрой смене батарей. Каждый час в воздухе прибавлял уверенности. Этот дрон был глазами в небе, ключом к безопасной разведке. Сейчас без достоверной информации лезть в незнакомый район… Нет, можно, в принципе, я именно этим последние пару недель и занимаюсь постоянно. Но каждый раз вероятность успешно выбраться — ровно пятьдесят на пятьдесят. В том смысле, что или «да», или «нет». И я был от такой «статистики» не в восторге.
Тренировки даром не прошли, я прямо-таки чувствовал, как подзабытые навыки возвращаются, обрастают новыми. К концу третьего дня я уже мог уверенно вести «Авату» на расстоянии километра, огибая препятствия, заглядывая в окна дальних зданий, точно сажая её на небольшую площадку.
А вечером четвертого дня я нажил себе очередных недоброжелателей и встретил нового напарника. После тренировки с дроном смертельно хотелось есть и отвлечься от постоянного напряжения. На территории базы уже стихийно возник небольшой рынок, больше всего напоминающий «развалы» из «лихих девяностых», и несколько частных точек общепита. И в одной из них — шашлычной из фургона «Тонар» и мангала под навесом — я уже успел стать постоянным клиентом. Хозяин, пузатый, но крепкий детина по имени Гриша, оказавшийся бывшим поваром какого-то известного питерского ресторана, теперь приторговывал пивом и жарил шашлык из купленных у военных свиных полутуш. Плату брал патронами и драл немилосердно, но… Я ему в первый же день знакомства отдал новенький «Яровит» с парой магазинов и неплохой оптикой. Теперь у меня тут довольно приличный кредит, который я уже который день проедаю. И Гриша доволен: «Лялечка, а не карабин, куда лучше пистолета, для охраны точки и самообороны — идеален!»
Сидел за угловым столиком в гордом одиночестве, никого не трогал, уничтожал порцию сочного шашлыка с лепешкой и запивал холодненьким бодрящим лагером, который Грише притаранил какой-то мародёр-добытчик, вроде меня, когда к шашлычной подкатила шумная ватага. Человек десять. Молодые. И слишком непривычно выглядящие даже на фоне творящегося вокруг кровавого безумия. Парни в модных, но засаленных и потерявших вид дорогих, брендовых, куртках, джинсах с дырками (теперь по большей части настоящими), девчонки в вызывающе яркой, но тоже потрепанной одежде. «Золотая молодежь», утратившая и золото, и молодежный задор. Лица у всех уставшие и испуганные, глаза — потерянные, но старательно держат форс и изображают браваду и вседозволенность. Видимо, защитная реакция такая. Типа, попал в полную жопу и не знаешь, что делать — веди себя как обычно, авось прокатит