Тогда мне казалось, что весь мир рухнул, вслед за домом, где прожила всю жизнь, как и все дома что были вокруг! Как все деревья, тропинки, старые гаражи... Всё пало перед их властью и деньгами. Всё, но не моя вера в то, что могу изменить мир, если очень захочу.
Кхм, заболталась. Надеюсь, все поняли, что я являлась обычной девушкой, которая только пару лет назад закончила школу и пыталась найти место в жизни?
А я всегда была довольно...своеобразной. Вроде симпатичная, но вроде и нет. Зрение и кожа желали лучшего, подумать только, превращение сделало из меня красавицу! Но, так ли это важно? Мне всегда хотелось иметь внутреннюю красоту.
Даже странным кажется то, что тот политик положил на меня глаз. Умудрился разглядеть потенциал в такой замарашке... Себе же сделал хуже.
А мы продолжим. Никто не против ведь?
Интересно, дочитал ли хоть кто-то до этого момента, хах, ведь дальше начнётся самое веселье.
На чём мы остановились...
Это третья запись и я не знаю, будет ли она последней или мне удастся написать что-то ещё. Честно говоря, мне очень страшно. Боюсь потерять разум как и другие, но сейчас я помню всё. Пусть по коже и ходит волна мурашек, но я постараюсь продолжить. Мне нужно записать.
Часть первая: Кто же я?
После боя в первый же день, я поняла, что совершила ошибку. Нет, всё хорошо, ранений нет. Я сильна, могу постоять за себя, обрела уважение некоторых Богов, но и лишнее внимание со стороны власти. Эти буржуи, начали бояться меня, попросили не допускать до арены, сославшись на то, что мне ещё рано тренироваться, необходимо привыкнуть к новому телу, а перегружать его опасно. В лицо об этом мне сообщили не сразу. Вначале были простые сторонние перешёптывания и игры в гляделки. Проверяющие смотрят на меня, а я на них, сидя на трибуне, пока другие Боги тренировались.
На утреннем осмотре, я сжимая кулаки задала простой, но прямой вопрос.
— Почему меня не допускают до тренировок?— Пока нельзя.
— Но всё хорошо!
— Верно, пока не перенапрягаешься, — говорила та самая девушка-врач. Её глаза бегали по результатам моих тестов. Забавно, но я даже имени её не знаю.
— А если честно, м?
Она вздохнула и осмотревшись сказала,
— Мне не положено говорить об этом.
— Я никому не скажу.
— Нет, спроси у кого угодно, но не у меня. Просто знай, что тебя боятся. Всё.
Она встала из-за стола, убрала оборудование для измерения моих показателей в сумочку. Поправляя горлышко своего свитера, который виднелся через халат, проговорила,
— Будь осторожнее, — А потом удалилась, закрыв за собой тяжёлую дверь в мою комнату.