негодую. Долго она вид будет делать, что я всего лишь папа ее парня??? До клиники добрались вовремя. Не попали в пробку, в очереди также сидеть не пришлось. Доктор сначала внимательно выслушала Еву, потом задала несколько вопросов. Потом влез я и вывалил на врача все свои страхи. Ева покраснела, как только я рот открыл, а гинекологиня явно решила, что счастливый папаша – я. И ушибленный на всю голову. – Нужен осмотр, анализ крови, УЗИ. Ева тут же вскочила со стула, но доктор остановила ее строгим взглядом. – Ходить никуда не надо. Медсестра вас проводит. Минут через двадцать мы точно будем знать, насколько плохо дело. И действительно ли так плохо, – Мария эээ Антоновна покосилась на меня. – И тогда я смогу назначить лечение. Кирилл Матвеевич, вам лучше подождать в коридоре. Молча встал, Ева, успевшая сесть, тоже. Положил ей руку на плечо и вынудил снова опуститься на стул. – Смотрите, чтобы не сбежала, – попросил на полном серьезе. – Все нормально будет, не волнуйтесь, – улыбнулась врач и принялась кому-то звонить. Ева уставилась на меня беспомощным взглядом, но я только головой мотнул. И чего испугалась? Ей же рожать еще. Сдать кровь – это полная ерунда! Спокойного ожидания не получилось. Я нервно ходил перед дверью в кабинет, стараясь расслышать хоть слово оттуда. Вряд ли бы что-то понял, но вдруг… Отвлек телефонный звонок. Владик. Обрадовался, ушел подальше. Сын ничего особенно не сказал – все хорошо, учится, подрабатывает по специальности, соскучился. Поспрашивал его немного о быте. Волнуюсь, как ему там еще с двумя такими же парнями живется. Не знаю их, группу собирали по успеваемости, а не по социальным связям. Но Влад уверил, что отличные ребята. Учатся в других группах, но вроде сошлись характерами. В какой-то момент я понял, что на языке так и вертятся местные новости. Но сказать не могу, конечно. – Как Ева? – спросил сына. – Часто общаетесь? Скучает, наверное. – Да, пап, все хорошо. Общаемся, скучает, – как обычно отделался парой слов. – Мне идти пора. Пока. Попрощались. А я задумался – почему Влад ничего про Еву не рассказывает? И всегда прощается, если спрашиваю о ней? Может, опять поссорились? Или не хочет меня в личную жизнь пускать? Правильно, в принципе. Но немного обидно. Потом ведь на меня будет сердиться. Но я не могу сказать, а Ева не хочет. Краем глаза увидел, как Ева в сопровождении медсестры вышла из кабинета. Поспешил в том направлении, но не успел. Другую дверь закрыли буквально перед моим носом. Ладно, присяду, подожду… Вместо обещанных