Владимир Алексеевич хоть и зарабатывает хорошо, но и тратит — ого! А главное — бестолково. То «хорошему человеку» помочь без отдачи, то «на хорошее дело» без счёту. Годами иногда тянут таких вот «хороших людей» и «хорошие дела». Вроде и не бедствуют, но и копеечки про запас нет.
Гонорар получил, даже если и пребольшой, и фрр! Разлетелся. Долги закрыть, повседневные расходы, меценатство всякое. Были, и нет.
С опекунством тоже всё не просто. Как я не пытался вносить свою лепту, а шишь! Полный отказ, да ещё и с обидой. А мог бы… мда.
Потупив голову, ковыряюсь ложечкой в розетке с вишнёвым вареньем, да размышляю. Могу ли я сделать какие-то ходы помимо опекуна? По всему выходит, што шишь!
На купечество могу выйти, на Иванов, на жидов, хоть даже и московских, а вот на Церковь — хрена! Через посредничество? Хм… а пожалуй, што и нет! Такая себе идея, потому как лечение может выйти хуже болезни.
В вовсе уж нехорошем случае есть варианты — начиная от общественности, заканчивая… Да хотя бы в Турцию! А? К дяде Фиме Бляйшману! Звал! Туретчина, оно конешно, сильно не Рассея, но ежели прижмёт, то почему бы и не да⁈
Приободрился мал-мала, но дядя Гиляй по-своему понял.
— Не журись! — и подмигивает. Я в ответ улыбаюсь, и вполне даже искренне. Но где-то внутри, в самой што ни на есть глубине, приходит понимание — рассчитывать в полной мере можно только на себя. Ну и чуть-чуть — на Саньку с Мишкой.
Потому как даже лучшие — вот так вот. Со своими дурными амбициями через взрослость и лучшее понимание, што и как нужно для меня.
Раз за разом повторяю двойной перевод на манекене, работая исключительно на технику. Финт переводом, укол переводом, назад! И… финт переводом…
Почти медитативное состояние сбивает мальчишка, подбежавший к учителю фехтования. Выслушав его, Тарасов нахмурился и отпустил кивком головы. И… финт переводом… а-атставить!
Заметив подходящего ко мне учителя, опускаю рапиру к ноге.
— Постников не придёт, — ворчливо сказал Тарас Петрович, — предупредил. Ты как? На подмену можешь?
— Да, Тарас Петрович! — сымаю экипировку и наскоро обтираюсь.
Поведя плечами, Тарасов еле слышно вздыхает. Возраст! Отошёл было от дел, а тут на тебе! Кризис у Гимнастического клуба. Открытие новых филиалов, подготовка водителей групп, да на всё это амбиции легли и своё, единственно верное мнение у каждого наставника. До драчки и срачки не дошло, но вот ей-ей, рядышком прошли.
Уговорили вернуться, возглавить, вытянуть… Постников вон тоже вернулся, но он и раньше, говорят, не шибко обязательным был, да и теперь не лучше.