— Вот здесь у нас личные кабинеты, — пояснил Захар Борисович. — Внутри рабочий процесс, так что уж извините, отвлекать мы никого не будем. А вам я могу предложить вот… вот это рабочее место, — Круглов распахнул передо мной дверь.

А за дверью той было колоссальное, буквально возведённое в абсолют ничего. Пустая комната квадратов этак в двадцать. Голый бетон без отделки и экранирования.

— Можете занять кабинет для ваших личных проектов, — сказал Круглов. — Распишите, что хотели бы здесь видеть, и мы всё организуем.

— Звукоизоляция, — не раздумывая ни секунды начал перечислять я. — Сейф, верстак как у ваших людей, место для хранения заготовок и реагентов, парочка меловых досок, холодильник, шкаф и хорошее освещение. Ах, ну и вода, само собой.

— Всё сделаем, — кивнул Круглов, уже забивая все мои хотелки в телефон.

А я… Я был доволен. Место казалось надёжным, уединённым и идеально подходящим для того, чтобы заниматься тем, что не стоит выносить на люди. Создание артефактов для охоты на демонов, например.

— Отлично, — кивнул Захар Борисович. — Тогда давайте обсудим формат работы?

— Я смогу приезжать сюда только два дня в неделю, — сказал я. — Преимущественно вечерами, после занятий в лицее. При этом один день я хотел бы пользоваться кабинетом для собственных целей, а второй, как и договаривались, я полностью в вашем распоряжении.

— Идёт…



Уроки в лицее уже полчаса как закончились, и коридоры совсем опустели. Павел Андреевич Добрынин шагал по ним мимо стендов с грамотами и фотографий учеников прямиком к двери с надписью «Зарубин Г. С.».

— Войдите, — сразу же после стука раздался изнутри спокойный голос.

Добрынин открыл дверь и шагнул в кабинет.

— Павел Андреевич, — кивнул Зарубин. — Признаться, очень неожиданный сюрприз. Чем обязан?

Директор явно был напряжён. Опричник — это всё-таки далеко не родительский комитет. И если уж он пришёл, то дело, скорее всего, плохо. Может, кто-то из учеников по собственной дурости вляпался в криминал? Или, того хуже, кто-то из преподавателей?

— Вы присаживайтесь, — директор указал на кресло напротив себя. — Может, чаю? Кофе?

— Благодарю, но я по делу и ненадолго.

«Ненадолго» Зарубину явно понравилось, а вот «по делу» напрягло ещё сильнее прежнего.

— Геннадий Сергеевич, давайте без предисловий. Вы же понимаете, что я пришёл не просто так. У меня к вам есть несколько вопросов.

— Я весь во внимании, — сухо ответил директор.

Павел Андреевич в свою очередь достал из внутреннего кармана пальто сложенный вчетверо лист бумаги, развернул его и положил на стол.