— У него была рабыня? — уточнил Оверон.

— Да, Ваше Величество. Похоже Вы очень правильно выбрали слово «была». Судя по всему ее уже среди живых нет. Но странно, что нигде не видно костей. Обычно хорошо обглоданные, но они есть…

— Хм… Интересно, — произнес с любопытством Темный Архимаг, и поскреб высохшую кровь ногтем, — свежая! Ей от двух дней, до недели…

— Да, он сбежал, позавчера… — подтвердил Шаркис.

Оверон перевел взгляд в противоположную от входа сторону комнаты, и поднял удивленно бровь. В стену было вделано несколько цепей, одна из которых, со стальным ошейником, похоже активно использовалась. Доски пола заканчиваясь в метре от стены, переходили в камень, и по самому краю были здорово изодраны. Местами, требуя замены. Стены впрочем тоже имели следы когтей, не такие явные, но весьма заметные.

Темный Архимаг подошел и осмотрел цепь. Большая ее часть была явно изгрызена, и имела глубокие вмятины от зубов. Да еще каких зубов! Оставить на железе вмятины… Такое не под силу, наверное и медведю. Наверное от таких укусов, они у него разлетались. Но зубы оборотней имеют свойство восстанавливаться. Достаточно легко… А вот сломать зуб, даже ему, будет больно.

— Однако ты садист… Я в принципе, не сомневался! Но чтоб на столько… — Оверон притворно, пожурил, зацокал языком.

— Учили алфавит… Ему это не очень нравилось… — пожал плечами Шаркис.

— А как же с математикой⁈ — искренне развеселился Темный Архимаг.

— На удивление, легко давалась… — также улыбнулся Шаркис. — Мозги у него есть. Просто, слегка набекрень.

— М-да… не удивлен… — бросая, зазвеневшую о стену цепь, ответил Оверон. — Что там у тебя дальше? — Темный Архимаг покосился на верх.

— Выше, оба этажа, закрыты от него, поскольку имеют, более широкие, и менее стойкие к выбиванию окна. — Шаркис направился снова к лестнице. — Я оставил ему только самый верхний этаж. Ошибочно полагая, что неприступный.

— Это может быть снизу, но не сверху, — улыбнулся Оверон, — спускаться вниз из окна гораздо проще, особенно при его силе, и когтистости.

— Стены, почти гладкие, уцепиться на них не за что. А возможных тканей, которые можно было использовать как веревки, крайне мало. Подозреваю, что иногда свою свирепость он разыгрывал, умудряясь разорванное «в клочья» одеяло, где-то припрятать… — подымаясь по высоким каменным ступеням, мрачно подытожил Шаркис.

— Да, хитер… — произнес Темный Архимаг. — Он спустился из окна?

— Да, Ваше Величество. Так и поступил. И я бы сказал, поступал… После осмотра, пройдем с Вами в замок, сами все «услышите».

Наконец-то поднявшись наверх, Оверон удивленно стал оценивать «действо». В принципе странного было много. Если внизу крови были лишь капли… То здесь, в ней было буквально все. Складывалось ощущение, что здесь вскрыли вены быку, и он скакал, по кругу, окропив ею, стены, небогатый интерьер, пол и даже кое-где потолок. Племянник Шаркиса то ли кого-то рвал, то ли его раздирали в клочья, но необычность картинки удивила даже бывалого, и навидавшегося всего Темного Архимага.