— Геральт из Ривии, — ответила Полина.
— Он ведьмак, — сказал Денис.
— Ясно. И что он делает?
— В основном собирает вареники в бочках.
— И еще убивает монстров.
Фурундароку стало любопытно. Он подлетел ближе, сунул ручку в экран и… выдернул оттуда меч. Оказавшись по эту сторону реальности, тот вырос в натуральный размер, и чуть заметно заблестел.
— Серебряный, что ли?.. — удивился Фурундарок.
— Эй! — завопили близнецы.
— Ты что наделал, демон⁈
— Верни Геральту меч!
— Не-а, не верну, — отказался Фурундарок, поигрывая материализовавшимся клинком.
Тот, впрочем, надоел ему очень быстро. Это гохерримы наяривают на холодное оружие. Гхьетшедарии подобными глупостями не интересуются.
— Ну и ладно, — обиделась Полина. — У нас все равно еще полно.
Денис уже открыл инвентарь, и близнецы принялись сравнивать характеристики действительно множества своих клинков.
— А где там у вас вареники? — завис над клавиатурой Фурундарок. — Вы что-то про вареники говорили.
— Не трогай наши вареники!!! — заорали близнецы в унисон. — Мы их всю игру собирали!
Играли Денис и Полина очень по-хомячьи. Хапали все, что можно, обшаривали каждый сундук, срывали каждую травку и очень долго потом перебирали инвентарь, когда заканчивалось место. Спорили над каждым предметом — какой выкинуть, какой продать, а какой еще может пригодиться.
В любой игре они приходили к последнему боссу с колоссальным запасом зелий, свитков и прочих ништяков — но и в финальной битве старались их экономить. Понимали, что больше не понадобится, что это конец, дальше только титры — но все равно жадничали.
Собственно, так же они себя сейчас вели с десятью желаниями от Фурундарока. И того это страшно бесило.
— Хочешь с нами сыграть? — снова предложила Полина, сворачивая «Ведьмака».
— Давай в «Мортал Комбат»! — предложил Денис. — Я тебя уделаю!
Фурундарок только покривился. Но когда игру включили, и близнецы провели несколько показательных боев, в нем разгорелся интерес. Минуты две он смотрел, как машутся Милина и Коталь Кан, а потом милостиво согласился поиграть.
В первом поединке его разбили всухую. Во втором тоже. И в третьем. И в четвертом. Денис и Полина менялись местами, а Фурундарок снова и снова проигрывал. Он ни разу не снял даже четверти с вражеской полоски жизни.
Его это бесило, и он психовал. Он психовал — а близнецы смеялись. Ржали навзрыд, видя беснующегося младенца — а тот от этого психовал еще сильнее.
— Маленькие ублюдки, — прошипел Фурундарок, проиграв в очередной раз. — Я ненавижу всех детей в мире, но вас двоих я ненавижу в особенности.