— Загни страничку, — все-таки попросил Денис. — Потом поэкспериментируем.
— Мы так забредем незнамо куда и навсегда сгинем, — возразила Полина, но страничку все-таки загнула. — Придется еще желание тратить на возврат.
— Ага, а Фурундарок еще скажет, что за одно желание возвращает только одного человека.
— Ну не знаю, он же нас обоих везде катал. И в кругосветку, и сюда.
— Это пока желаний еще много было. А когда последнее останется — он точно заговняется.
— Ну да, он жлоб, — согласилась Полина. — Но уж не настолько, думаю. Обоих вернет. Он вообще нас и так вернуть должен, это в девятое желание входит.
— Но отсюда. А если мы куда-то еще свалим, то он может придраться.
— Значит, пока не будем. Что там еще есть путного?
Путное в Черном Криабале было и другое. Например, заклинание, чтоб превращать в демонов окружающее. Людей, зверей, растения и даже табуретки. Только уже не в крутых демонов, как если на самого себя поюзать, а в мелких, ничтожных. Но зато целую кучу и чтоб они тебе подчинялись. Можно легко сделать себе целую армию миньонов.
Но, к сожалению, это в один конец. Может, где-нибудь в Криабале и есть такое заклинание, чтоб демонов превратить обратно в людей, но его близнецы пока не нашли.
А превращать всех подряд без возврата — это как-то слишком жестоко. В дошкольном возрасте Денис и Полина смотрели мультик «Калиф-аист», где обычных зверей превращали в монстров — и до сих пор помнили, как их было жалко.
Еще были заклинания совсем злые. Для уничтожения всего вокруг, для убийств, для болезней, для безумия. Их было почти невозможно применять, не перемазавшись в кровище.
А Денис и Полина все-таки дети очень добрые, хотя и несносные. Они не хотели губить чьи-то жизни и судьбы просто ради прикола.
Конечно, тут в основном гоблины, но даже их немножко жалко.
— А давай вот это попробуем! — ткнула пальцем Полина.
Денис изучил несколько строчек комментариев. Само-то заклинание такое же, как и остальные — белиберда на постном масле. Читать надо комментарии.
— Ага… — задумался он, их дочитав. — Ну вроде ничего такого… Можно…
Это заклинание называлось Одушевлением. С его помощью можно было заставить любой неодушевленный предмет двигаться, выполнять команды, даже разговаривать. При этом в демона он не превращался, злым не становился. Согласно комментариям, подобный оживший предмет называется объекталем, и сам по себе он не плох, как не плох сам по себе обычный человек.
— Пробуем? — повторил Денис.
— Давай уже, не тяни, — потянула к себе книгу Полина. — Арабак тарава секара! Суриодан зимор така! Ортогеди! Изакаторо! Истараба носторе та кенека узирак! Исок туру!