— Все, перерыв, — сказала акула, резко сокращаясь в размерах и становясь обычной теткой лет тридцати пяти.
Великан протянул ей полотенце, акула-оборотень уселась на табуретку и принялась жевать бутерброд.
— Фигасе у них тут развлечения, — изумленно сказал Денис.
— Это вы еще на Блевательнице не кружились, — сказал Фурундарок. — Я своих племянников всегда туда водил. Но они тоже демоны, так что выживали.
Блевательница вызвала у близнецов почтительный вздох. Они задрали головы и долго смотрели на огромную адскую карусель. Почему ее так назвали, было понятно сразу — заблеваны оказались все подступы. Даже гоблинят тошнило так, что они выходили заляпанными.
Карусель крутилась сразу в трех направлениях. Была основная орбита, по которой ехали со страшной скоростью креслица, но каждое при этом вертелось еще и в противоположную сторону. Да еще и спиной к центру. И время от времени их подбрасывало вверх или обрушивало вниз. От этого так мельтешило в глазах, что мутить начинало уже заранее.
— Я не боюсь, я не должен бояться… — бормотал Денис, покупая билеты. — Ибо страх убивает разум…
— Страх есть малая смерть, влекущая за собой полное уничтожение, — вторила ему Полина. — Я встречу свой страх и приму его…
— Я позволю ему пройти надо мной и сквозь меня…
— И когда он пройдет через меня, я обращу свой внутренний взор на его путь; и там, где был страх, не останется ничего…
— Останусь лишь я, я са-а-а-ам!.. — уже хором закончили они, когда Блевательница начала крутиться.
У них были луженые желудки. Они продержались довольно долго. Почти две минуты. Потом управляющий каруселью это заметил, неодобрительно нахмурился и увеличил скорость.
— Па-ама-аги-итя-я-я!.. — раздался детский вой.
— Смотри, вон там мой орет! — гордо показал какой-то папаша-гоблин.
— А вон те — мои, — указал Фурундарок. — Они заблевали твоего.
— Все изменится, когда она начнет крутиться в обратную сторону, — хмыкнул гоблин. — Ты кто, кстати? Демон?
— Демон.
— Слава тебе. Не ешь меня. Я бы облобызал твои сандалии, но у тебя их нет.
Фурундарок только поморщился. Гоблины. Они по самой своей натуре подобострастны по отношению к сильным. Над слабыми же они глумятся, грабят, а иногда и едят.
Кажется, они произошли от каких-то мелких демонов. Фурундарок не был точно уверен.
Денис и Полина спустились с Блевательницы грязными, с выпученными глазами, но ужасно счастливыми. Они бы тут же пошли на второй круг, но их шатало. Полина почти сразу упала на траву, Денис вертел головой и кренился набок.
— Вон там корыто, можете умыться, — посоветовал им папаша-гоблин, утирая своего отпрыска.