К тому же графа «на вознаграждение старшего по дому» в платежках каждый месяц подрастала. На чуть-чуть, на один или два рубля… но каждый месяц! Папа из-за этого страшно бесился и трижды уже с управдомом скандалил, но тот лишь разводил руками и ссылался на причуды компьютера в управляющей компании. Он, мол, так посчитал, ничего не поделаешь.
— Чья эта машина⁈ — возвысил голос управдом, пиная колесо.
Запиликала сигнализация, и на втором этаже тут же распахнулось окно, а оттуда выглянул Никаноров. Денис и Полина замерли в предвкушении — такого подарка судьбы они не ожидали. Денис достал из ранца яблоко, принялся рассеянно грызть.
Никанорова во дворе не любили даже сильнее, чем управдома. Он владел рестораном на другой стороне дома, и там раньше все время играла музыка до трех часов ночи. Спать было невозможно, особенно жителям нижних этажей. Потом жалоб стало слишком много, участковый зачастил в гости, да еще какие-то хулиганы повадились забрасывать окна тухлыми яйцами, так что музыку стали включать потише.
Но характер Никанорова от этого не улучшился. В сентябре, например, он сломал качели. Вот эти самые, рядом с которыми сидят сейчас алкаши. Там просто качалась его дочка с подружкой, и подружка чересчур перестаралась, раскачала сиденье так, что дочка испугалась, заплакала и попыталась спрыгнуть, но спрыгнула неудачно и сломала руку. То есть обидно, конечно, но никто же не виноват, не повезло просто.
Никаноров так не посчитал. Он, во-первых, ходил разбираться с подружкой своей дочери, долго скандалил с ее родителями и требовал компенсацию. А во-вторых, сломал качели. Просто перепилил одну из цепей ножовкой по металлу, так что сиденье теперь болтается и качаться нельзя.
Прямо среди бела дня перепилил. Еще и орал на весь двор, как резаный.
— [цензура] трогаешь, [цензура]⁈ — покрыл управдома матом Никаноров.
— Андрей Максимович, а это ваша машина, что ли⁈ — заморгал управдом, машинально пнув колесо еще разок.
— Ноги убрал быра!.. — чуть не вылез из окна Никаноров. — Я спущусь щас!
Денис и Полина уселись на лавочке, как раз свободной от бабок, и принялись следить за спектаклем. Битва управдома и Никанорова — это то, что они мечтали увидеть всю жизнь. И чтобы поэпичнее.
Поэпичнее не вышло. И вообще никак не вышло. Они совсем чуть-чуть поскандалили, а потом помирились. Никаноров скрылся в своей квартире, управдом пошел дальше искать, к чему придраться.
Зато из подъезда вышел Эдик, младший сын управдома. Услышал, наверное, что батя тут верещит, приперся на шум.
Денис и Полина встретили его без восторга. Эдика они не очень любили. Он был их лет, учился в пятом «А» и был маленькой копией своего отца. Везде искал выгоду, пусть самую мелкую, все время что-то у кого-то выпрашивал. Сам никогда ничем не делился, зато если можно что-то стрельнуть — то он всегда первый. Конфету, жвачку, в телефон поиграть.