— А когда я его обедать звал, он тоже понимал! — упрямился Денис. — Я его имя не называл, а он все равно понимал и шел!
— Так ты куском мяса тряс! — фыркнула Полина. — Это любая собака поймет!
— Полинка, ты все портишь. Ты почему такая? И вообще я есть хочу.
— Я тоже хочу. Терпи.
За разговорами Денис и Полина обогнули Ртутное озеро и прошли полем Прыгучих Пом-Пом Шариков. А за ним открылся каньон Кислого Молока.
И до чего же нестерпимый смрад там стоял! Впереди высились настоящие горы из кефира, простокваши и просто скисшего молока. Все это загустело до полного окаменения, напоминало древний черствый сыр и воняло так, что комок к горлу подступал.
— Фу, а он и правда любит кислое молоко… — зажала рот Полина.
— Мы чего, туда пойдем? — поморщился Денис. — Нам точно туда надо?
Но Буська затявкала и побежала в каньон. Узкий проход меж отвесными грязно-желтыми скалами. Здесь Кисломолочные горы сходились так, что почти смыкались, но посередине все равно оставалась достаточной ширины щель. По ней могли идти в ряд пять, а то и шесть человек.
Возможно, со временем этот каньон исчезнет окончательно. Если Фурундарок не утратит любви к кисломолочному, то он просто зарастет, и тут будет бескрайняя горная цепь из застывшего кефира, простокваши, ряженки и вонючей, заплесневевшей сметаны.
Кое-где виднелись разводы йогурта.
— Наверное, эти горы древние, как сам Фурундарок, — произнесла Полина, шагая по каньону. — Он ведь первей всего попробовал именно кислое молоко.
— Ага, именно тогда они и начали тут формироваться, — согласился Денис. — Давай их сфоткаем.
— Да ну. Они мерзкие.
Почему-то здесь, во Чреве, близнецов не тянуло ничего фотографировать. Казалось бы, объектов хоть отбавляй — но нет, ни разу не потянулись руки за айфонами.
К тому же их обоих подташнивало. Кружились головы от вони. Они зажимали носы, дышали только через рот, но это мало помогало.
Вот Буську вонь не беспокоила. Бежала себе, лапками семенила. Хотя у собак же гораздо сильнее обоняние — она по идее должна тут вообще в обморок упасть. Но нет, не падает.
Хотя у собак это, наверное, не так работает. Они же и по помойкам спокойно бегают, в мусоре носами роются и задницы друг другу нюхают. И даже коровьи лепешки жрут — Денис и Полина сами видели.
И даже подкармливали. Показывали Чапке самые свежие.
Их потом Димыч за это чуть не убил.
— Полинка, мы тут умрем? — пробормотал Денис, с трудом делая еще шаг.
— Возможно, — ответила сестра. — Особенно если впереди какая-нибудь топь Расплавленного Сыра.
— А у тебя носовой платок есть?
— Есть.