А вот пузожители таким явно не брезговали. Да и то — у них и выбора нету, наверное. Что им еще тут есть?
На Дениса и Полину они особого внимания не обращали. Да и вообще были какими-то пришибленными — смурные все, тихие, вялые. Говорили на разных непонятных языках, но Денис и Полина их каким-то образом понимали. До них вдруг дошло, что и тот криповый дядька возле входа тоже говорил не по-русски и не по-английски, но все почему-то было понятно.
Очень, очень странно тут все было. Дважды в небе разверзалась черная дыра, и потом его прочерчивал как будто метеор. Денис и Полина предположили, что это Фурундарок опять что-то сожрал в их отсутствие. Если он там все еще в туалете — то мог унитаз или раковину.
Но по крайней мере это точно не люди. Фурундарок же слово дал. Хоть какое-то время новые пузожители у него появляться не будут.
— Интересно, а мы тоже так шмякались? — задумалась Полина.
— Да мы вроде мягко приземлились… — засомневался Денис.
— Да тут все вроде мягко приземляется. Ничего ж не поломалось — ни танк, ни Барби.
— Ни дырокол, — закончил Денис. — Смотри, наш дырокол.
Да, это точно был он. Денис и Полина узнали его по красному акварельному пятнышку на ручке. Дырокол стоял возле громадного, вросшего в землю серванта, а при виде близнецов повернулся и угрожающе защелкал ножами.
— Дырокол-дырокол, а ты нас не сожрешь? — опасливо спросил Денис.
— Не сожрет, у него живота нет, — успокоила его Полина. — Просто продырявит.
Дырокол клацнул ручкой и прыгнул к ним. Денис кинул в него крышку от кока-колы, которую подобрал с земли, и пустился наутек. Полина бежала следом и даже немного впереди.
Еще поплутав по кривым улочкам и подивившись чудесам Города-во-Чреве, близнецы наконец добрались до главной площади. В ее центре бил молочный фонтан, а вокруг стояли почти что обычные здания. Когда-то они, наверное, были обычными камнями, кирпичами или кусками дерева. Первобытные пузожители проделали в них отверстия, прорубили окна и двери, вырыли внутри норы — и так у них появилось жилье.
Тут жизнь велась почти что нормальная. Был магазин, где продавались жареные цыплята, консервы и какие-то бутылочки. Был маленький театр, на котором висели афиши с тремя размалеванными клоуншами. Была поликлиника, возле которой стояли грозного вида живые шприцы. Был храм, утыканный всякими символами так, что свободного места не осталось.
Возле храма собралась небольшая толпа, внимающая толстому дядьке… или тетке. Странное какое-то существо, неопределяемое. Даже не человек, кажется. Оно махало посохом с набалдашником в виде младенческой головы и вещало: