— Ты докладываешь о каждом нашем телодвижении? — мой взгляд перекочевал на кровать. Она явно сдвинулась за предыдущую ночь.
— Время, проведенное в номере, проходит по разряду анализ.
— В смысле? Мы друг у друга берем анализы? — подначила я супруга.
— Мы думаем головой.
— Головой, значит. И где же она находится? — я медленно опустила взгляд и уперлась в точку на его фигуре где-то посередине между носом и носками.
Кирилл фыркнул, крутанулся на пятке и потряс бумажным пакетом, заставляя мой взгляд подняться выше.
— Еще мне передали пакет из прокуратуры
— И всё? — невольно вырвалось у меня.
— Что всё?
— Всё, о чем ты хочешь сказать? — прямо спросила я. Мне не давал покоя подслушанный разговор.
— Здесь то, о чем ты просила. — Невозмутимый Коршунов положил передо мной пакет. — Фотографии и приметы пропавших девушек. Тех самых…
Он промолчал! Он скрывает от меня самое главное!
Кирилл не дождался моей реакции и сам вынул из пакета черно-белые фотокарточки с надломленными уголками.
— Девушек всего двое и то… Да что с тобой? Это же по твоей просьбе.
— Да-да, конечно. — Я ухватилась за снимки.
Коршунов скептически наблюдал, как просыпается мое внимание.
— Как я уже говорил, за те три недели, что Назаров отдыхал в санатории, ни одного заявления о пропаже девушки не поступало. Если взять период плюс-минус три месяца, то было шесть заявлений. Три девушки благополучно вернулись к родителям. Еще одну обнаружили утонувшей без следов насильственной смерти. А эти двое исчезли. Дела давно отправлены в архив.
Я вглядывалась в фотографии простых девчушек на перевале от угловатой юности к мягкой женственности. Преодолели они эту дорогу или застряли на ней, превратившись в истлевшие останки на замороженной стройке? У светленькой девушки в очках была короткая стрижка с длинной челкой, приспущенной на лоб. Вторая была улыбчивой брюнеткой, с забранными в хвостик волосами. Я изучала их уши, но то, на что рассчитывала, не обнаружила.
— Покажи описание примет.
— Пожалуйста. — Он выложил два листка. — Но учти. Темноволосая пропала за три недели до приезда Назарова. А та, которая в очках, три дня спустя поле его отъезда. Они не имеют отношения к нашему расследованию.
— Так-то оно так. Но ведь Назаров интересовался делом «замурованной ведьмы». С какой целью?
— Я уже говорил, чтобы отвлечь внимание, пустить следствие по ложному ходу. Как видишь, он не прогадал. Спустя годы мы тратим время на эту ерунду.
Я прочла описание пропавших девушек. В перечне особых примет пирсинг не упоминался. А ведь такую деталь не могли упустить из вида. Сережки брюнетки и очки блондинки описаны подробно. Наверное, Коршунов прав. У него есть опыт расследований, аналитической работы. От меня же требуются скрупулезные вспоминания, а не пустые домыслы.