— Ты видишь тут связь?
— Пока не знаю.
— Бриллианты. Назаров. Продавщица. И опять бриллианты, — пыталась рассуждать я. — Назаров пересекался с Виноградовой трижды. Сначала купил у нее лягушку, затем принес для исправления брака, а потом забрал обратно. Ох уж эта лягушка, она мне целую ночь не давала покоя.
— Что так?
Я не стала отвечать, что прыщавое земноводное я именовала Таней.
Мы остановились около салона красоты «Стиль». Елена Виноградова оказалась на месте. Ей делали маникюр в личном кабинете. Она оказалась самодовольной женщиной с ухоженным лицом и безукоризненными руками, но рыхлой фигурой, безжалостно затянутой в одежду на два размера меньше. Я подумала, что следующей покупкой Виноградовой должен быть фитнес-клуб.
Хмурый Коршунов предъявил удостоверение. Я бесцеремонно выпроводила маникюршу.
— Как вы смеете! — вякнула Виноградова.
Она сидела за рабочим столом, беспомощно расставив пальцы с невысохшим лаком. Резкий запах и чванливость хозяйки окончательно испортили мне настроение. Я знала, что самая страшная тайна бизнесменов — это тайна первого заработанного миллиона. Терять время в пустой болтовне не хотелось.
Я повернулась к Коршунову и выхватила пистолет из его наплечной кобуры. Он опешил. Я ободряюще улыбнулась. В следующее мгновение мой суровый взгляд был обращен на владелицу салона. Третьим глазом было черное дуло пистолета.
— Спокойно, милочка, без визга. Я задаю вопросы, а ты честно отвечаешь. Если мне кажется, что ты врешь — заметь, только кажется — я ломаю тебя пальцы. Вот этим пистолетом, вот эти красивые пальчики. А если я буду уверена, что ты врешь, то я своим не таким ухоженным пальчиком нажму вот этот крючок. И вот отсюда вылетит пуля. Я подумаю, куда ее направить: в твое жирное тело или в твой лживый рот.
Коршунов уже справился с первым потрясением и с интересом наблюдал за мной, чего нельзя было сказать о Виноградовой. Бедная женщина выпучила от страха глаза и сомкнула рот, явно опасаясь моей угрозы.
— Вопрос номер один. Бриллианты. Где ты их взяла?.. Молчание расценивается как ложь. Ты понимаешь меня? — Виноградова дернула подбородком, будто подавилась. — Вот и хорошо. Я повторяю вопрос. Где ты взяла бриллианты?
Я подождала секунд десять, тяжко вздохнула и замахнулась рукояткой пистолета над мизинцем.
— Нашла! — выпалила Виноградова, отдернув руки.
— Где ты их нашла?
— Случайно.
— Где и когда?
Женщина разрыдалась. Ее мокрые глаза умоляюще смотрели на меня, она хныкала и канючила:
— А что мне за это будет? Ведь я не виновата. Я, правда, нашла. Они ничьи. Их никто не хватился.