И пяти минут не прошло, как Джулия вернулась с большой холщовой сумкой на плече. У горловины майки торчали зелёные завязки купальника. Она заперла студию и подбежала ко мне.
Я достал из кофра белый шлем и протянул ей.
— Надевай. Как раз под твою рыжую голову брал.
— Так уж и под мою! — Джулия застегнула ремешок под подбородком и забралась на заднее сиденье. — Только чур не плестись как пенсионер! Показывай, на что твоя «Веспа» способна!
Она крепко обхватила меня за талию и прижалась грудью к спине. Я плавно тронулся и выкатил со двора.
Дорога вдоль холма Позиллипо в пятницу после обеда оказалась почти пустой. Слева за каменным парапетом, далеко внизу, блестел залив, справа за коваными решётками мелькали светлые виллы с террасами. Под соснами становилось свежее, и я с удовольствием поддал газу. «Веспа» легко тянула нас обоих в гору, а на прямой я уже переключился с третьей на четвёртую.
Джулия сперва вертела головой по сторонам, потом придвинулась так близко, что её шлем стукнул о мой. Она вытащила рубашку у меня из-за пояса и сунула под неё руки. Я втянул живот от щекотки, когда она провела пальцами под рёбрами, и сбросил газ перед поворотом.
— Слушай, Росси, — крикнул я через плечо. — Если будешь водителю руки под рубашку совать, мы с тобой вместо пляжа в лимонный сад улетим!
— Подумаешь, какие мы нежные! — крикнула Джулия мне прямо в ухо. Руки она так и держала под рубашкой. — Я же проверяю, не укачало ли моего водителя! После следующего поворота бери левее. Там между старыми стенами узкий проезд, прямо к обрыву.
Мы свернули между стенами в переулок, вымощенный крупным серым камнем. На неровной мостовой руль задрожал у меня в руках, и Джулия наконец ухватилась за меня как положено. За оливковой рощей мы выехали на пустую площадку у края туфового утёса. Я заглушил мотор, и стало слышно, как внизу плещется о камни вода.
Я поставил мотороллер на подножку под раскидистой оливой, убрал оба шлема в кофр и запер руль. Джулия уже ждала меня у узкой лестницы, вырубленной прямо в жёлтой скале.
— Пошли скорее, там внизу никого нет!
На крутых ступеньках я смотрел под ноги, а Джулия со своей сумкой сбежала вниз, будто каждый день тут ходила. Лестница вывела на широкую каменную плиту, скрытую от соседнего берега высокими валунами. У края плиты вода была такая прозрачная, что на светлом песке внизу дрожали полоски света. В скале темнел неглубокий грот, куда рыбаки, видно, раньше затаскивали лодки. Камни снаружи уже нагрелись, а из-под свода тянуло прохладой.
— Ну как? — Джулия бросила сумку у входа в грот и стянула майку через голову. — Я же говорила, что место шикарное! Никаких тебе пузатых туристов и орущих детей!