Еще целую свою Польшу мы с императором фактически бесплатно отдали немцам. Но только весьма продуманно и крайне цинично под вывеской настоящей демократии и полного уважения свободного волеизъявления великого польского народа.

И ведь не докопаться фактически за такой явный подарок германскому рейху!

Сами избежали кровавой войны за польское наследство, а нескольким сотням тысяч французов, англичан и тех же американцев пришлось заплатить своими жизнями за подобный внешнеполитический успех России.

Пусть он кажется просто капитуляцией всяким гнусным недоброжелателям России, а для нас — самое высшее проявление нашей государственной мудрости и истинной демократии, любимой и священной коровы Запада!

И это только за те семь губерний, с которых немцы с помощью контрибуций собрали очень немало денег, так еще полмиллиона поляков мобилизовали на фронт. Плохо они воевали или хорошо — уже не так важно, если создавали собой такую видимость в окопах.

Впрочем, ведь германская военная машина собиралась еще минимум столько же мобилизованных поляков с новых территорий собрать уже в самом конце войны, проведя еще одну тотальную и беспощадную мобилизацию.

Как наши люди тут же сообщили из Берлина, именно поэтому все генералы в российском Генштабе начали так торопиться с вступлением страны в войну. И императора сразу же уговорили на удар в спину своим недавним неофициальным союзникам.

Чтобы хоть немного польских мужиков осталось на своих новых старых землях, чтобы не все они беспощадно полегли где-то на линии Гинденбурга-Зигфрида за абсолютно чуждые интересы прусского милитаризма.

«Я бы, честно говоря, так не спешил, а второй фронт открыл бы попозже на пару месяцев, но мои ценные советы уже никто больше не собирался слушать», — вспоминаю я.

А в общем и целом неучастие Российской империи в беспощадной бойне на полях Европы обошлось странам Антанты в миллионы погибших и покалеченных. Лично свои миллионы, не каких-то там зулусов или магометян.

Мудрые потомки Петрарки все-таки отсиделись почти до самого конца без участия в боевых действиях, а бедных португальцев англосаксы скупили на корню. То есть, конечно, не сам народ, а только его так называемую элиту, уже та погнала свое совсем ничего не непонимающее население в беспощадные жернова мировой войны.

Зато у нас в России промышленное производство поднялось с пяти-шести процентов до целых десяти в мировом исчислении за прошедшие пять лет войны.

Кто-то теряет, а кто-то находит и при этом ловко ловит рыбку в мутной воде международной политики.

Правда, и Российская империя стала за время европейской войны гораздо сильнее, теперь ее население с захваченными землями, наверняка, уже до двухсот миллионов населения дошло. И армия неплохо вооружена, только особо эффективно воевать все равно не умеет.