После танца мы разошлись по комнатам съемной квартиры, видимо и Погодин завелся. Там мы с Ларисой долго целовались, я по совету Дика, да и по урокам Любы, начал гладить и сжимать ее груди, гладить колени, забираясь все выше и выше под юбку, нежно лаская ее. Лариса расстегнула блузку — жарко ей стало. Ну я тут же запустил руку под блузку, это отторжения не вызвало. Я гладил ей животик, груди поверх бюстгальтера, потом левой рукой расстегнул его — Дик помог разобраться. Лариса только сильнее впилась в меня губами, я тут же запустил руку под ослабший бюстгальтер — какое блаженство! Гладил и сжимал ее упругие груди, соски, Лариса привстала и сняла блузку, а заодно сбросил бюстгальтер. Красота неимоверная! В приглушенном свете торшера ее полные груди сияли в полумраке. Я поцеловал сначала один сосок, затем второй — ее аж выгнуло от удовольствия — она привстала и сняла юбку, оставшись в одних трусиках и начала снимать с меня рубашку. Я тем временем ласкал ее между ног — она застонала и шире их раздвинула, целуя меня в шею и плечи. Я стащил с нее трусики — она помогала мне, начал смелее ласкать ее влажную пещерку, убедился, что она уже не девочка — опыт в этом деле у меня имелся, с Любой это не раз репетировали.

Лариса застонала и взяла полностью инициативу в свои руки, и мы быстро оказались в постели. Я сразу навалился на нее, и она блаженно застонала, когда я вошел в нее. Страсть овладела нами, и мы провели в этом любовном дурмане очень долго времени. Я не подкачал, и мы так до утра наслаждались друг другом, меняя позы. Наниты в моем организме не знали усталости, и Лариса была сильно впечатлена моими способностями.

Договорились встречаться и после праздников — уж очень ей понравилось со мной миловаться. Дик имел в этом плане огромный опыт поколений и вовремя подсказывал, как доставить больше удовольствия себе и партнерше.

— Ну как все прошло? — спросил меня утром Погодин, когда мы шли домой по морозной улице.

— Отлично! Давай им нейросети установим, будем вместе летать на корабль и там развлекаться — предложил я.

— А они не проболтаются? — осторожничал Валера.

— Нейросеть не даст проболтаться — ответил я.

— Давай, с ними скучно не будет. Да и они явно не дуры — сам видишь — сказал Погодин соглашаясь.

— Да, в десятый класс дур не берут — согласился я. Девушки собирались поступать в Магаданский пединститут, Лариса на учителя физики и математики, вторая — Зоя, на учителя литературы и русского языка.

— А что за квартира, на которой мы были? — спросил я.

— Интернатские ее вскладчину снимают для таких свиданий — ответил Валера.