— Вот шайтаны! Это сколько бы я солярки сжег бы! У них центральная область вообще без золота считай! Половина участка не содержит золота! — возмущался он. — Держи дорогой, ты эти деньги честно заработал, сэкономил мне в десять раз больше!

Он передал мне тысячу рублей сотнями, пожал мне руку.

— Ибрагим, вот в этом месте лежит тридцать килограммов золота, вот укрупненный рисунок этого фрагмента карты — я передал ему описание бочажины.

— Вай дорогой! Это такой подарок от тебя! Или это не подарок? — спросил он, посмотрев мне в глаза.

— А как ты сам думаешь? — усмехнулся я.

— Я думаю, что это как раз тот случай, когда ты просишь четверть добытого — усмехнулся Ибрагим.

— Ну что — согласен? — спросил я.

— Тебе золотом или деньгами? — настороженно спросил он.

— Мне все официально, деньгами по государственным тарифам — ответил я.

— Дорогой, да нет вопросов! Ты только приноси такие подарки мне! — чуть не подскочил Ибрагим от радости. Я понял, почему. Он это золото добудет нелегально и реализует по своим каналам, выручив за него в десять раз больше, чем сдавая государству.

— Костя, ты только об этой бочажине никому не рассказывай — попросил Ибрагим. — А я с тобой сразу рассчитаюсь — семь с половиной тысяч тебе передам.

— Ибрагим, деньги через вашу артель пропустишь, чтобы все официально было — уточнил я. — Как за сдачу семи с половиной килограммов золота. Когда сдадите золото — справку сделаешь для меня.

— Хорошо, мы тебя оформим в артель как старателя, и это будет для тебя просто как доля старателя за сданное золото! — согласился Ибрагим с условием.

— Ну хорошо, меня это устроит, хотя проще наверно оформить соглашение по предоставленной карте месторождения. Ну да ладно, по рукам! — я протянул руку.

— По рукам дорогой! Думаю, что через недельку я с тобой рассчитаюсь! — улыбался Ибрагим.

— Ну а я через недельку для тебя еще что-нибудь подберу — пообещал я.

Мы с улыбками расстались — я стал богаче на одну тысячу, Ибрагим как минимум на десять.

Вечером мама принесла деньги за самородок, три с половиной тысячи рублей — сообщила она, отдавая деньги и справку.

— Ибрагим честно рассчитался за карту, а бочажину я ему передал за четверть добычи, то есть за семь с половиной тысяч — сообщил я маме.

— Ну что — заплатит? — спросила мама удивленно.

— Я думаю, что заплатит, как долю в артели. Мне-то все равно — ответил я.

— Да, в принципе нам все равно. Артельщики долю получают, а не оклады — сказала мама.

— Ну а вот как мы будем двести пятьдесят тысяч получать — ума не приложу — сказал я, имея ввиду соседний участок у Ибрагима.