— Ну что, будешь дальше запираться? — спросил следователь. — Где самородок?

— Ингуши отобрали — захныкал Генка. — Нет его у меня!

— Ну давно бы так… Тогда вы товарищи свободны, совесть твоего друга заела, вот и признался, когда увидел тебя — усмехнулся следователь.

— Не друг мне больше этот предатель! — сказал я и вышел из кабинета вместе с матерью. Из КГБ мама пошла на работу, а я двинулся домой. До школы была еще неделя каникул, хотел покопаться с коммуникатором.

Через час пришла мама на обед, мы пообедали вместе, потом пошли в ее контору — надо было обозначить место на карте, где я нашел самородок, это уже для золотодобытчиков была нужна информация.

— Ну рассказывай счастливчик, где ты нашел такую ценность — с улыбкой попросил Манишев Сергей Петрович, главный геолог Сусуман-золота.

Я посмотрел на карту, нашел мост через Аян-Юрях, прошел по карте по руслу реки на северо-запад.

— Вот примерно тут, на месте точнее покажу — сказал я. — Там еще много более мелких самородков лежит, килограммов пятьдесят — выдал я.

— О! Ты их и взвесить успел! — засмеялся Манишев.

— Да нет, оказывается я теперь могу золото под землей видеть и сразу оценивать его количество — улыбнулся я в ответ. Такая версия была выработана нами с мамой.

— Хм, интересно. А как глубоко они лежат? — спросил Манишев.

— На глубине метра примерно — ответил я. — А можно будет получить старательскую лицензию на промывку этого участка?

— Ну не знаю, ты же еще несовершеннолетний — задумчиво произнес Манишев.

— Я зато совершеннолетняя — с улыбкой сказала мама, присутствующая при разговоре.

— Наталья Ивановна, вы хотите заняться старательством? — удивился Манишев.

— Да, почему бы нет. Возьму отпуск на работе, денег на квартиру заработать не лишнее будет — ответила мама. — Пятьдесят килограммов золота дорого стоят, и на квартиру, и на технику для добычи золота хватит.

— Ну это меняет дело, вы наш сотрудник, можно будет решить этот вопрос положительно — сказал Манишев. — Но надо бы на месте проверить слова вашего сына. Завтра поедем туда, возьму рабочих, они пробьют пробные шурфы, чтобы определиться с содержанием золота. Там еще золото не промывали, обычно старателям выделяют отвалы, где уже драга прошла. Сравним данные вашего сына и наши анализы — улыбнулся Манишев. — Я сам с вами поеду — очень любопытно мне, как ты будешь показывать границы россыпи.

— Хорошо, я тоже поеду — сказала мама.

— Тогда в восемь утра жду вас у конторы — сказал Манишев, и мы вышли из управления. Мама пошла на работу, я пошел домой.

Прошел по мостику через речку, подошел к дому. У дома стоят трое ингушей, один в годах и двое молодых, недалеко от них стоял задрипанный «Москвич». Я хотел пройти в подъезд, меня остановил молодой ингуш — Ты Костя Корбин?