И тут я почувствовал, что на меня смотрят. Кто-то целенаправленно сверлит меня очень недружелюбным взглядом, да так, что волосы на затылке дыбом встали. Что там Князев говорил насчёт того, что у каждого порядочного человека обязательно должна быть куча врагов? Я медленно повернулся, и мой взгляд встретился с взглядом синих глаз, из которых разве что искры не летели.

Анфиса Ильинична Голубева стояла возле крыльца и не сводила с меня пристального, почти ненавидящего взгляда. А вот об этом я не подумал, когда ехал сюда. Дамочка же наверняка винит именно Громова Андрея Михайловича во всех своих бедах. Ну а как же: молодого любовника лишили, пикантную тайну из жизни убрали, ещё и от мужа, скорее всего, досталось на орехи. Не себя же ей винить, правильно?

Я коротко ей поклонился, остро жалея о том, что на голове нет шляпы. Или со шляпой это был бы совсем перебор? Ведь наверняка она решит, что я над ней издеваюсь. Хотя не так уж и далека Анфиса Ильинична будет от правды, наверное, я действительно немного издевался. Она поджала губы и наконец отвернулась, а я сел в машину и завёл двигатель.

— Хорошо, что Анфиса не владеет даром огня, — заметил Гриша, садясь рядом. — А то я уже думал, что ещё немного, и вы загоритесь, Андрей Михайлович.

— Угу, мне тоже так показалось, — пробормотал я и вырулил машину к воротам, начавшим медленно открываться.

До дома доехали в молчании. Уже начало смеркаться, и я увидел, как по обеим сторонам подъездной дорожки загораются небольшие фонарики. Они становились больше от ворот до самого крыльца. Странно, когда я шёл по этой дорожке в ту проклятую ночь, когда в моей голове кто только не покопался, я такого чуда не видел. Фонари только возле дома начали зажигаться. Да и когда я Ирину спасал, ничего подобного здесь не было.

— Валерьян Васильевич артефакт, отвечающий за освещение, зарядил, — пояснил Гриша, правильно расшифровав мой взгляд. — В Матвеевке живёт пожилой маг, он берётся подзарядку делать. На отшибе живёт. Всё нашу нечисть изучает. Книгу большую пишет: «Нрав и повадки нечисти в Российской глубинке» называется.

— Наверное, мне нужно было об этом знать. О том, что так близко от замка живёт сильный маг. А он, скорее всего, сильный, иначе не изучал бы нечисть глубинки и больше ничего не делает, живя на заработанное ранее, — я остановил машину и посмотрел на заёрзавшего Гришу. — Или мне знать об этом не обязательно?

— Да Всеволод Николаевич на отшибе живёт, никому не мешает. К нему только Мария Некрасова приходит, хозяйство ведёт да еду готовит. Ну и ночевать остаётся, не без этого. Она вдовая, он — мужик видный, так что ничего особенного никто в этом не видит, — быстро заговорил Гриша.