Джун устал от военной истерии, бесконечных ограничений, налогов и иных поборов. Устал от плохой еды и постоянно ломающихся систем жизнеобеспечения. Устал от лицемерия в информационных каналах. Бояться он тоже устал.
Пошли техническими тоннелями.
Выводитель прекрасно ориентировался в тускло освещённых шахтах, сочащихся влагой, а порой и нечистотами. Кое-где вдоль стен тянулись пучки проводов и канализационные трубы. По мере приближения к внешнему периметру росла сила тяжести.
Джун уже начал верить в благоприятный исход мероприятия, когда распахнулся очередной люк. В просторном помещении собралась группа людей. Двое в штатском, четверо — в милицейской форме.
— Джун Исихара, — произнёс человек в штатском. — Вы обвиняетесь в государственной измене. Инакомыслие, попытка бегства с Александрии. С этого момента мы берём вас под стражу и лишаем всех привилегий.
— Как же так… — пробормотал Джун. Происходящее казалось нереальным.
Выводитель снял органическую маску и повернулся к своему клиенту. Джун увидел острые скулы и цепкий взгляд седеющего мужчины.
— Неужели ты думаешь, — сказал выводитель, — что президент не в состоянии контролировать собственный астероид?
Вот почему беглецы не возвращаются, догадался Джун.
Стало грустно.
декабрь 2017
Вековая тишина разбилась вдребезги.
Всё началось с едва уловимого механического шелеста. Ожили системы жизнеобеспечения, начал вырабатываться кислород. Домашний ИИ запустил тестовый режим. В помещениях загорался свет, полы становились то тёплыми, то холодными. По трубам и трубочкам циркулировала вода. Мигнули индикаторы сплит-панелей, холодильной камеры, посудомоечной машины. Принтер начал печатать еду.
Диагностика гибернационных капсул.
Комната, в шутку названная хозяевами «склепом», озарилась матовым сиянием. В стенах очертились окружности. Крышки отсеков неслышно сдвинулись, выпуская из помигивающих датчиками сумрачных недр четыре капсулы. Устройства плавно скользнули по направляющим и сошлись в центре комнаты, формируя крест. Прозрачные колпаки втянулись в корпуса.
Люди очнулись.
Каждая капсула хранила бесценный груз. Мужчина лет сорока, крепкий и подтянутый на вид. Красивая русоволосая женщина. Мальчик лет двенадцати с ёжиком непокорных тёмных волос. И шестилетняя девочка, улыбающаяся во сне.
Первым глаза открыл мужчина.
Разгерметизация капсул привела к распаду взвеси, поддерживавшей жизнь в хозяевах. Учёные называли эту взвесь контролируемой нанотехнологичной субстанцией, простые люди — туманом .
Мужчина закашлялся, прикрыл глаза рукой и медленно сел. Зрачки постепенно адаптировались к полумраку «склепа». Начали приходить в себя и остальные жители дома.