— Для них было бы слишком сложно обставлять все по-чародейски — они бы действовали иначе. И Служба Спокойствия сообщает, что комиссия, расследующая маркинский инцидент, не в курсе, кем были сбежавшие оробосские пленники.

— Ну допустим, — с сомнением кивнул Тиль. — А это не Эндонио там куролесит?

— И он тоже, — согласился Лулио. — Только первые смерти стали случаться до того, как его бойцы появились на границе.

— Какой любопытный расклад получается. — Император снова сел в кресло. — У нас есть противники, которым нужна Карина, чтобы давить на Эндонио, — они ведь не знают, что я в курсе его проблем. Кордосцам нужен друг Карины. Так или иначе, все примерно знают, в какой точке Оробоса они появятся, и ждут их. А чтобы было нескучно, убирают конкурентов. Спецотряд искусников устраняет бойцов моих врагов, им помогает отец Карины. Интересно, что будет, если схлестнутся бойцы советника и искусники? Они ведь тоже могут посчитать друг друга врагами.

— Это, конечно, не исключено. Я предупредил Эндонио, чтобы он учитывал этот вариант.

— Какой конкретно спецотряд послали кордосцы, известно?

— Да. Команда Шойнца.

— Шойнц Индергор Виртхорт? Неужели он собственной персоной у нас в империи? Хотелось бы мне с ним встретиться. Весьма достойный противник.

— Уж это точно. — Лулио криво усмехнулся. — Этот Шойнц настолько хитер, что умудряется обманывать даже видящих. Трудно назвать человека, который нанес больше вреда Оробосу, чем он. Я бы лучше употребил термин «опасный враг».

Император хмыкнул. Шойнц в самом деле был незаурядной личностью. В нем нет той ненависти, что обычно испытывают друг к другу искусники и чародеи. Ненависти в большей степени искусственной, внушенной воспитанием. Его можно было бы даже назвать чисто интеллектуальным противником, если бы он сам не участвовал в акциях против Оробоса.

Повелитель Чар тем временем вернулся к прежней теме:

— Только я не думаю, что искусники из спецотряда начнут цапаться с людьми советника. Считаю, они прекрасно ориентируются в сложившейся ситуации. Кордосу сейчас невыгодно такое развитие событий. Поэтому не удивлюсь, если Шойнц вдруг заявится к нам в гости под ручку с беглецами и бойцами Эндонио.

— А если искусники все-таки прознают, что Карина — дочка моего советника?

— Кордосцам не съесть сразу две рыбки, и они это понимают. При этом архей им интересней.

Император помолчал и снова хмыкнул.

— Значит, говоришь, Шойнц явится к нам в гости? Это было бы в высшей степени забавно! — Тиль улыбнулся, видимо, представив такую картину. — А ты разве не видишь этот момент?