- Ничего не меняется!
На данных застольяхне едят , еда, как известно, градус выпитого крадет, а потому здесьзакусывают . Самым дешевым, на что осталось денег после покупки алкоголя: бычки, утопленные в томате, сало, селедка, соленые огурцы, квашеная капуста, хлеб. Даже какой-то салат в майонезе имелся. Надо же! Прям пир горой у них тут сегодня! Это с чего ж такое изобилие?
Впрочем, ясно, с чего: халяву любят все. А то, что куплено это всё было на батины, а точнее, на мои деньги, тут, как говорится, и к бабке не ходи.
Я вздохнул и потянулся к бутылке водки, стоящей на столе.
Отец, поняв, что я собираюсь сделать с алкоголем, тоже потянулся, пытаясь схватить её первым. Понятное дело, не успел.
Он недолго постоял на шатающихся ногах и рухнул обратно в своё кресло.
Я вылил остатки пойла в раковину и сгреб все это богатство со стола в пакет, который валялся здесь же, на полу, видимо, в нем все это и было принесено сюда кем-то из собутыльников.
Отец продолжал материть меня, наблюдая за моими действиями. Я, не вслушиваясь особо в то, что он говорил, шагнул к нему и, перебив, подтолкнул его коляску в сторону ванной:
- Бать, давай ты сам в душ, а потом спать! И я ведь тебя предупреждал о том, что мое терпение не резиновое? Предупреждал. И сегодня оно закончилось. Так что давай, иди в душ и спать, а ближе к ночи уезжаем. И на этот раз ты едешь со мной.
Отец как-то сразу сник и послушно покатил в душ. Пока он отмокал под струями воды, я набрал номер компании по уборке помещений и, дождавшись ответа, произнес:
- Уборка квартиры. Сегодня. Оплата по тройному тарифу.
Отец выбрался из душевой и, ни слова не говоря, отправился в спальню. Я помог перебраться ему на кровать и потом протянул большую кружку крепкого и сладкого чая. Помня его отходняки, знал, что ему сейчас это необходимо.
Отец хмуро глянул на меня, но чай взял, сделал два жадных глотка и огорошил:
- Без Альки и ее дочки никуда не поеду!
- Чего? – конечно, я удивился, услышав это.
- Чего слышал! Или с ними, или здесь остаюсь! И это мое последнее слово! – отец допил чай, отдал мне кружку и отвернулся к стенке.
- Бать, я чего-то не знаю? – попытался выяснить, пока он не уснул.
- Я не могу знать, что ты знаешь, а чего нет! Ты же у нас крутой перец, вот и найди всю информацию о своей бывшей соседке. Можешь начать с того дня, когда она по беременности на учет встала.
Услышав это от отца, я даже опешил от неожиданности, а он припечатал:
- Я все сказал, а ты меня услышал!
Больше отец не отвечал на мои вопросы.
- Ладно, проспишься, тогда и поговорим, - поставил я его перед фактом нашего неизбежного разговора.