— Моя!

Также у Алены появился свой личный водитель.

— Да зачем он мне, Дим? — хохотала она.

— Будет тебя везде возить: по магазинам, на выставки, в спортклуб. Кстати, на Житной, оказывается, уже больше года как открылся крутой спортклуб. Ты просто обязана поехать и посмотреть его. Там много чего есть: и аэробика, и танцы, и бассейн. Давай, езжай, может, я тоже с тобой буду вечерами ходить.

И еще Дима упросил Алену больше не работать, выдал пухлую пачку денег в долларах и сказал:

— Иди и трать на все, что захочешь! Не жалей, я буду выдавать тебе каждый месяц по такой сумме, и еще поедем скоро в Европу, и я открою тебе счет, куда тоже положу большие деньги. Я хочу, чтобы ты была состоятельная и независимая дама. Это на тот случай, если вдруг ты решишь от меня уйти и жить отдельно.

Алена нахмурилась.

— Шучу. Ты же никуда не уйдешь, правда? Потому что кто тебя отпустит? — он засмеялся и продолжил: — Я не позволю, чтобы ты горбатилась в подвале и сидела за переводами. Желаю, чтобы ты наслаждалась жизнью!

— Я не смогу без работы. Я всю жизнь что-то делаю. Сейчас у нас прекрасная домработница, я и правда ею очень довольна, но сидеть целыми днями и плевать в потолок?

— Дай мне пару недель. Есть у меня одна идея, позже расскажу. А пока да, плюй в потолок. Семечек купи, будет легче, — он засмеялся, притянул ее к себе и нежно поцеловал.

А на следующий день он сделал ей предложение. Они закончили завтракать, за мальчиками зашли водитель с телохранителем, чтобы отвести их в школу и детский садик. Алена с Димой сидели за столом и допивали чай. Алена ела халву пальцами и облизывала их. Он посмотрел на нее и как-то хмуро сказал:

— Хочу, чтобы ты стала моей женой.

У Алены на миг остановилось дыхание. А по его взгляду было видно — не хочет он этого. Так, просто сказал, чтобы ей сделать приятно. Не хотел он надевать на свой палец обручальное кольцо. Она знала это.

Алена дотронулась до руки Димы и тихо сказала:

— Спасибо, родной, но мне этого не надо. Я знаю, что ты предлагаешь это ради меня, чтобы угодить, но мне и так хорошо. Я прекрасно существую с тобой в одном измерении и без штампа в паспорте.

Дима не ожидал такого ответа — он вспыхнул как порох, глаза его сразу загорелись обидой, и он одернул свою руку:

— Ты понимаешь, что сейчас унизила меня? Знаешь, сколько усилий мне надо было преодолеть, чтобы сделать это?

— Знаю. Поэтому и говорю — не стоит. Живем как живем, — и она опять попыталась накрыть его руку своей, но он дернулся еще сильней:

— Я делаю предложение один раз. Повторять не буду, не жди. Поняла? Или ты хочешь, чтобы я на колени встал и умолял тебя?