— Поехали, нечего сидеть, действовать надо, — Давид положил письмо в шкатулку.

Несмело постучав, в комнату зашел Сашка. Мужчины на него посмотрели и отвели взгляды.

Сашка весь дрожал, в глазах были слезы с испугом вперемежку:

— Ее похитили?

— Нет! — хором ответили мужчины, и потом Дима продолжил:

— Она ушла. Но она в полном порядке, не волнуйся. Я все решу.

Они поехали в офис, подняли на уши всех сотрудников, поговорили с тремя знакомыми операми. Дима дал им ее фотографию. У него была только одна, он сделал ее в день свадьбы, когда увидел Алену в этом прекрасном белом платье, которое облегало ее шикарную фигуру. Не сдержался и побежал за фотоаппаратом: очень ему хотелось запечатлеть такую красоту. Полароид через минуту выплюнул фото, где его любимая женщина улыбалась и была счастлива. Эту фотку он положил в карман пиджака, а потом принес в офис.

Друзья не спали всю ночь: кому-то звонили, договаривались, а в перерыве просто сидели и молчали, как будто до этого бежали длинную дистанцию и сейчас восстанавливали дыхание.

Утром они уже совсем ничего не соображали, и Дима предложил поехать к нему, передохнуть, поспать часок, а потом с новыми силами продолжить искать Алену.

Когда Дима с Давидом вошли в квартиру, домработница их поприветствовала кивком и сразу удалилась. Близнецы бросились к отцу на руки, а Сашка, склонив голову, стоял у окна к ним спиной и смотрел, как летний дождь прозрачно-серыми каплями бьет в стекло. У его ног лежала синяя большая сумка.

Дима кивнул Давиду на мальчиков, друг сразу подхватил близнецов и отнес в детскую.

— Пожалуйста, не уходи, — Дима положил руку сыну на плечо.

Сашка дернулся и замотал головой.

— Я лучше буду в детдоме жить, чем с человеком, который убил мою мать, — из его глаз полились слезы.

— Я никого не убивал, она вернется, я обещаю тебе.

— Никогда она не вернется. Она как побитая собака ушла куда-то умирать! — выкрикнул Сашка с ненавистью в голосе. — Она бы никогда нас с мальчиками не бросила. Живая никогда бы не бросила! — кричал сын.

— Она вернется, вот посмотришь, я найду ее.

Сашка решительно схватился за сумку, но Дима ее силой отобрал. Прижав подростка к стене, он уткнулся своим лбом в его и прошептал:

— Я все тебе сейчас расскажу, хорошо? Только не бросай меня, пожалуйста. Ты мне очень нужен. Ты мой. Ты мой сын.

Сашка всхлипнул, но больше не дергался, пытался успокоиться. Дима крепко его обнял и прижал к себе.

— Пойдем, я покажу тебе ее письмо.

Сашка сидел на кровати в спальне Алены и читал записку, которую она оставила Диме. Он уже почти успокоился, только еще отрывисто дышал. Подняв глаза на отца, он спросил: