переслала.— Да, вижу. А это я просто проверяла, работает ли у нас предыдущий. Работает. Всё хорошо.Оля хмыкнула. Я нашла нужное письмо и принялась сверять суммы. На третьей строке телефон в кармане завибрировал, и я так дёрнулась, что Оля подняла голову.Я вытащила телефон. Реклама доставки.— Вот твари, — пробормотала я и отключила звук.— Кто?— Да никто. Работай, крошка, пожалуйста. Я сегодня опасная.— Я заметила.Она отставила кофе и подвинула ко мне лист.— Смотри. Здесь за прошлую неделю сумму два раза поставили. Я уже нашла, пока ты обедала.Я посмотрела. Точно. Одна строка повторялась.— Так ты чего раньше молчала?— Я не молчала. Я тебе только что сказала, что замечания пришли.— Оль, ну ты скажи сразу: «Алиса, я всё нашла, я молодец, люби меня». А я тут сижу, цифры ищу, страдаю.— Люби меня.— Люблю, конечно. Садись, доедай. Я исправлю.Я действительно исправила, отправила новый файл и понесла бумаги на подпись. На обратном пути телефон снова завибрировал. Я остановилась возле окна и посмотрела.Артём.«Добрался. Ты вечером занята?»Я перечитала сообщение. Потом ещё раз.Что значит «занята»? Он хочет увидеться? Или поговорить? Он уже позвонил Кириллу? Что тот ему сказал?Так, женщина. Человек спросил, занята ли ты вечером. Ответь человеку. Желательно без вызова скорой и составления завещания.«С дочкой буду. А ты что хотел?»Ответ появился не сразу. Я дошла до кабинета, повесила зонт сушиться и только тогда почувствовала вибрацию.«Хотел услышать тебя. Наберу после девяти, если удобно».Я села на свой стул.«Удобно. Только не раньше. А то ребёнок решит, что ты ей гараж уже построил, и придётся отчитываться».Он прислал короткое: «Принял».Я положила телефон рядом с клавиатурой. Взяла обратно. Открыла сообщение. Ничего нового там не появилось.Оля посмотрела на меня поверх монитора.— Он ответил?— Ответил. Давай работай, кисуль, я тебе потом расскажу, как он меня любит. Приукрасив, конечно, ты ж меня знаешь.У неё зазвонил телефон, а я открыла рабочую почту.Из садика дочка вышла с мокрым рукавом и обиженным лицом.— А что случилось? — спросила я, присаживаясь перед ней.— Я не хочу эту куртку.— А что с ней?— Она намокла.— Я вижу. Но мы сейчас дойдём до дома, повесим её, она высохнет.— Я хочу другую.— Зая, другая дома. Если бы я знала, что эта тебя так расстроит, я бы привезла тебе выбор.Она не оценила. Надула губы и отвернулась.— Давай руку. Только зонт подержи с этой стороны, у меня пакет.По дороге она рассказывала про девочку из группы, которая взяла её карандаш и не вернула.