его за воротник, чтобы не отстранялся, и почувствовала, как он улыбается мне в губы.— А-а, вот как ты решил. — Я не выпустила его куртку. — Я тут два часа мучилась, а он подошёл, поцеловал и довольный. Не стыдно?— Нет.— Понятно. Бессовестный мужчина. Закрывай дверь, а то я домой ещё не скоро захочу.По дороге я снимала серьгу, которая цеплялась за волосы. Одна отстегнулась сразу, вторая не давалась.— Вот же зараза. Тём, у меня там сзади видно, куда её крутить? Только на дорогу смотри, пожалуйста, не надо нас сейчас обоих в столб.— Давай остановлюсь.— Да не надо. Я сама. Я её надела, я её сниму. Если с ухом вместе — тогда уже будешь останавливаться.Он всё-таки свернул во двор, включил свет и повернулся ко мне. Я подставила голову. Его пальцы осторожно коснулись мочки, задели шею. От одного этого прикосновения у меня мурашки по плечам побежали.— Нашёл? — спросила я.— Угу. Только ты не крутись.— Я не кручусь. Это у меня шея живая, она сама.Замочек щёлкнул. Артём положил серьгу мне в ладонь, потом не убрал руку и провёл пальцами за ухом. Медленно, вниз по шее.Я повернулась к нему.— Ты это специально?— Что?— Вот сейчас. Чтобы я дома сидела и про твои руки думала.— Ты и без этого будешь.— Уверенный какой. — Я убрала серьгу в сумку. — Ну ладно, буду. Доволен?— Очень.Я потянулась к нему и поцеловала сама. Он придержал меня за затылок, прижал ближе. Я почувствовала вкус кофе, чуть колючую бороду, тепло его ладони. А ещё то, как он перестал улыбаться и стал целовать меня совсем иначе — уже не дразнил. У меня перехватило дыхание, и я упёрлась рукой ему в грудь, чтобы хоть как-то удержаться на своём сиденье.— Господи, — выдохнула я. — Всё. Едем домой. Пока я тебе здесь все пуговицы не поотрывала.Он коснулся губами моего виска, дождался, пока я пристегнусь, и снова завёл машину. Всю оставшуюся дорогу я чувствовала его руку на своей ладони. Иногда он сжимал пальцы, а я ловила себя на том, что улыбаюсь без всякой причины.Хотя причина сидела рядом. Здоровая такая причина. С бородой.У моего дома Артём заглушил двигатель. Я показала на подъезд, потом посмотрела на него. Он собирался выйти, а я взяла его за руку.— Подожди. Мне в подъезде уже нельзя будет тебя целовать, у нас там соседка за всем следит.Он наклонился, и я сама потянулась к нему. Его губы коснулись моих, ладонь легла на затылок. Он целовал меня медленно, я ощущала тепло его дыхания и чуть колючую бороду, а когда придвинулась ближе, он притянул меня к себе. Я забыла про соседку и обо всём, что собиралась сказать.