Она передала трубку соседке. Та рассказала, что видела мужчину накануне: тёмная куртка, кепка, лица толком не рассмотрела. Он назвал имя девочки и спросил, бывает ли она здесь. Соседка, по её словам, ответила, что не знает, и дверь в подъезд ему не открыла.Я записала её номер и спросила, готова ли она поговорить с полицией. Она согласилась, но добавила:— Я ведь больше ничего не знаю.— Вы уже помогли. Спасибо вам большое.Я закончила звонок и сразу передала новые сведения по номеру, который записала ночью. Сообщила про соседку, с её разрешения продиктовала контакт. Сотрудник попросил сохранить и эту информацию. Я посмотрела на лист в блокноте: почерк кривой, между номером телефона и временем остался след от пролитой воды. Но всё можно прочитать. Уже достижение.В машине дочка рассказывала про собаку. Собаку звали Бусей, хотя вчера, кажется, звали по-другому. Я не стала спорить: у человека может быть творческий кризис и смена имени, тем более у игрушечного.Артём вёл молча, только на светофоре посмотрел на меня.— Ты в саду с воспитательницей поговоришь?— Да. Я ей уже звонила, но лично тоже скажу. И забирать буду я. Если вдруг не смогу, заранее сообщу им и бабушке. Не хочу, чтобы кто-то просто пришёл и сказал: «Мама попросила».— Правильно.— Я знаю, что правильно. Просто... — Я посмотрела назад. Дочка разговаривала с собакой и нас не слушала. — Я, кажется, за утро это уже раз пять повторила.— Значит, ты хочешь убедиться, что ничего не упустила.— А ты хочешь меня успокоить. Тём, всё, не работай психологом. Ты у нас сегодня водитель. За рулём смотри вперёд, я тебя умоляю. У меня одного тревожного сообщения достаточно, чтобы я тут с ума сходила. А если ты ещё в чужой багажник въедешь, я вообще пешком пойду.— Смотрю вперёд.Он положил ладонь на рычаг рядом с моей рукой. Я сама накрыла её своей. У него повязка на костяшках чуть съехала; я запомнила, что надо будет вечером спросить, обработал ли он руку. Не сейчас. Сейчас он ведёт, а я опять начну командовать, и мы никуда не доедем.У садика я присела перед дочкой, поправила ей шапку. Она тут же стянула её обратно.— Мам, жарко!— Не снимай на улице. Зайдём — снимешь. И собаку в карман положи, а то она у тебя опять под машину прыгнет. Я не собираюсь лежать на асфальте и звать Бусю оттуда, у меня куртка чистая.— Ты её сегодня утром испачкала.— Да? Чем?— Яблоком.Я посмотрела на рукав. Действительно, светлый след. Спасибо, ребёнок. Очень своевременно.— Ладно, ложиться за собакой всё равно не буду. Пусть учится правилам дорожного