— Японский флот пытается прорваться к островам, — ответила княгиня Морова. — Идут морские бои.

Я закрыл глаза и тяжело вздохнул.

Не ожидал я, что у императора хватит духа начать самоубийственную атаку. Он же должен понимать, что шансов на победу у него нет. Единственное, что могло бы хоть как-то ему помочь — так это открытие нескольких фронтов против Российской Империи. Но мы вроде бы всех своих основных противников прижали к ногтю.

— Ты полетишь туда? — спросила Снежка, откладывая мой телефон обратно на столешницу.

— Очень не хочется, — глядя на свою супругу, признался я. — Но, возможно, у меня не останется выбора. Его императорское величество может меня призвать.

Она поджала губы и, прижавшись ко мне так крепко, как только могла, печально вздохнула.

— У него же хватает своих сил, чтобы бороться с врагами. Неужели нельзя без тебя обойтись? — едва слышно спросила она.

— Меня еще никто никуда не зовет, — возразил я. — Да и сколько там тех японцев? Тысяч тридцать всей армии? Это даже не смешно, у нас там только постоянно находящихся в море моряков больше в два раза. И магами оснащен каждый корабль, так по штатному расписанию положено.

Я мог бы этого и не говорить, Снежана Александровна не простая девица из благородной семьи, у нее самой за плечами не один год службы в войсках. И что такое долг, она представляет прекрасно.

Но не успокоить мать моего ребенка? Я не настолько зачерствел.

Так что еще некоторое время мы просто сидели в обнимку, пока Снежка, наконец, не успокоилась. Мы оба понимали, что я не стану возражать, если меня позовут на Дальний Восток. И что я поставлю точку в этой войне так же быстро, как и в случае Турции.

Но я надеялся, что государь не станет давать мне столько влияния. Уже сейчас я выслужил себе не просто формальный титул князя, я получил во владение собственную землю, и немалую. Чем император станет отдариваться за вторую победу? Трон мне уступит?

Как бы ни хотелось этого признавать, но Виктору Романову сейчас представился шанс показать всему миру, что он и без Морова способен защитить свою страну. И армии с флотом тоже требуются победы, которые они выковали своими руками, а не получили с подачи Верховного мага из другого мира. Иначе зачем они вообще Российской Империи? Как эти смелые и гордые люди будут смотреть на свое отражение, кем себя начнут считать?

Бытие сильнейшего — это не только безоговорочные красочные победы. Это еще и пропасть между сильнейшим и теми, кого он защищает. И чем дальше будет шириться пропасть, тем меньше между нами будет понимания. А я ради этого столько усилий приложил…